Время «мечей»

Сейчас он вдруг ощутил прелесть постоянного жилья, собственного дома, красивого и уютного. И тут же отогнал от себя эти мысли как проявление слабости. Может, лет через двадцать, когда тело одряхлеет, а дух остынет, можно завести себе такой дворец. Только где? Здесь его и так многие ищут, а за двадцать лет врагов только прибавится. Разве что удастся построить имират Кавказ, но в это верилось мало. Можно, конечно, уехать в Турцию или лучше в Арабские Эмираты, как делают многие соратники по оружию. Но главное… Главное – прожить эти двадцать лет! Да хотя бы год! Или даже день…

Скрипнула дверь, из ванной появился хозяин дома с мокрыми волосами, в богатом халате, открывающем мускулистые волосатые ноги, и с телефоном в руке. Он выглядел озабоченным. Очевидно, все-таки сумел дозвониться дяде. И, сразу видно, получил удручающие известия.

– Это не параша, Руслан! – без вступления и дипломатических изысков сообщил Депутат. – Все так, как показали. Он орал, как сумасшедший! Он запретил мне звонить ему… Он… Он меня проклял! Короче, ты как хочешь, а я соскакиваю с этой темы!

Оловянный сжал зубы и ударил кулаком по столу.

– Мы все соскакиваем с этой темы, Мага! А этому псу – конец!

Депутат нервно прошелся взад-вперед, но никак не мог успокоиться.

– Пойду, еще полежу… Может, расслаблюсь…

Оловянный проводил его взглядом. Легко расслабиться, когда в спальне ждет красавица Абидат и когда у тебя депутатская неприкосновенность и связи в правительстве… А вот что ему делать?! Одно дело, когда проклинают кафиры, а совсем другое – когда клянут свои…

От ярости он заскрежетал зубами и тут же позвонил Маомаду.

– Всё подтверждается! – только и сказал он. – Да, сто процентов! Вали эту гадюку! И того грузина тоже – он подставной!

С утра на Ханджара напала хандра. Он без аппетита позавтракал в кухне. Всё его раздражало в этом чужом краю – и скользкие «соратники», которые в любой момент могут выстрелить в спину, и бытовое неустройство, и рушащийся план, который он никак не имел права провалить, и бомбовый удар, который чуть не лишил его жизни, и этот арбуз…

«Хрясь!» Нож с узорчатым клинком и латунной головой орла над ореховой рукояткой вонзился в спелый арбуз, раскалывая кожуру и обнажая красную, как кровь, мякоть. В окно было видно, как сонный Ариф пьёт с Сосо чай за столом под толстым орехом. Маомада с ними не было.

«Дрыхнет, наверное», – подумал Ханджар.

Но Маомад не спал. Спал Гасан после ночного дежурства. А Маомад разговаривал за домом по телефону.

«Кто же навёл самолет? – думал Ханджар.