Золотое время

Тело незнакомца было согнуто и перекручено, как будто какой-то средневековый палач переломал несчастному все кости. Желтые иссохшие руки дрожали. В скрюченных, похожих на птичьи когти пальцах незнакомец вертел какую-то маленькую трубочку, свисавшую с шеи на тонкой серебряной цепочке.

Но больше всего потрясло Ланнинга изможденное мертвенно-бледное лицо незнакомца. Под гривой седых спутанных волос это изрезанное сетью глубоких морщин лицо казалось застывшей маской боли.

— Денни! — искренне обрадовался калека.

Сиплый шепот незнакомца показывал, что у него не в порядке голосовые связки; при каждом вдохе в груди что-то свистело и хрипело. Хромая, калека подбежал к Ланнингу и протянул ему скрюченную руку. Ланнинг попытался преодолеть охвативший его ужас. Он легонько сжал иссохшую желтую кисть и вымученно улыбнулся.

— Уил?.. Ты — Уил Маклан?

Он хотел спросить: «Что с тобой стряслось?» — но усилием воли заставил себя промолчать.

— Да, Денни, — сиплым шепотом ответил калека. — Но я прожил на сорок лет больше, чем ты, и десять из них провел в пыточных подвалах Зораны.

Ланнинг содрогнулся, услышав это имя. А старик, тот прямо выплюнул его. Во ввалившихся глазах калеки горела неиссякаемая ненависть. Похоже было, что только эта ненависть и не дает ему умереть.

— Я стар, Денни, — просипел Маклан. — Когда в шестидесятом году «Хроно» вышел в свое первое плавание в потоке времени, мне было пятьдесят три. Десять лет в Гирончи…

Изрезанное морщинами лицо побледнело еще сильнее, а голос стал едва слышен.

— Мне показалось, их было десять тысяч!

Калека содрогнулся и надолго замолчал, но потом все-таки продолжил:

— Последние четыре года я провел в Джонбаре — готовился к нашей с вами кампании.

Отчаянным усилием Маклан заставил себя выпрямиться.

— Стар! — повторил он. — Однако не настолько, чтобы спасовать перед Гирончи!

Сердце Ланнинга забилось быстрее от вспыхнувшей внезапно надежды.

— Джонбар?.. Послушай, Уил, ты видел там девушку по имени Летони?

С отчаянием вглядывался он в изможденное морщинистое лицо. Неужели это все-таки возможно — пересечь бездну, которая страшнее смерти?

Калека медленно кивнул. Сила отчаяния покинула его так же внезапно, как и появилась, и на бледном лице мелькнуло некое подобие улыбки.

— Да, Денни, — шепнул он тихо. — Я и в самом деле знаю Летони. Это она вытащила меня из подземелий Зораны. И мы с вами будем сражаться за нее — и за ее мир.

Ланнинг слушал, затаив дыхание.

— Расскажи мне, Уил… Все эти загадки вконец измучили меня. Где находится Джонбар? Где Летони? Увижу ли я ее когда-нибудь наяву? А Зорана? Что… — Он взглянул на Маклана и запнулся. — Что она с тобой сделала?

— Я расскажу тебе обо всем, Денни. Подожди немного.