Разведчики времени

Эта смесь непобедимой самоуверенности, ранимых чувств и отчаянного желания, чтобы взрослые принимали тебя всерьез. Даже тогда, когда ты проявил полное невежество.

— Да вообще-то не очень.

Она проплыла через комнату в шуршании парфянских складок и опустилась на колени позади него. Прежде чем он успел возразить, она уже массировала ему плечи.

Малькольм зажмурился. Она делала массаж на удивление профессионально, выжимая его ноющие мышцы от шеи к середине спины. «И где же ты этому выучилась, малышка?» Когда ее прикосновения стали едва ощутимыми, как шепот, все тело Малькольма отреагировало на это совершенно бессознательно и совершенно определенным образом. Она не понимала, что с ним делает…

И в самом деле не понимала?

Малькольм вскочил на ноги.

— Пойдем посмотрим, как там с ужином, — пробурчал он и, спасая себя, ринулся в переполненный обеденный зал таверны.

Последнее дело для них обоих, если он потеряет самоконтроль. Если Малькольм хоть раз ее поцелует так, как желало все его тело…

Он заставил себя вообразить Кита в его самом суровом виде и постарался все время держать этот образ перед глазами. «Дедушке это не понравится», — торжественно повторял про себя гид.

Никогда в своей жизни Марго не видела зрелища, подобного процессии в честь бога Аттиса.

Приютившая их таверна располагалась на южном склоне Авентинского холма, недалеко от Тибра. Отсюда Малькольм повел ее в обход Цирка, той, где ворота смотрели на изгиб реки. Далее они проследовали вдоль длинной, в целую милю, стороны Колизея, выходившей на Палатинский холм.

— Эй, — обрадованно воскликнула Марго, указывая на небольшой круглый храм. — А я знаю, что это! Это храм Весты!

— Ммм… Ну, что ж, правда, в течение долгих лет очень многие ученые считали его таковым. Радость Марго сразу улетучилась.

— Не горюй, ты оказалась в хорошей компании, — улыбнулся Малькольм. — В доброй сотне книг он по-прежнему так называется. А на самом деле это храм Геркулеса. А вон тот, — и он указал на угловатый храм недалеко от них, на расстоянии броска камнем, — называется храм Fortuna Virilis.

— Судьбы человеческой. Судьба человека и Игры в этом Цирке связаны очень тесно.

Это было Марго понятно. Люди в этом Цирке умирали.

— А вон там вверху, видишь? — Он указал на вершину Палатинского холма. — Это резиденция императора. А это, — Малькольм кивнул на величественный храм, фасад которого смотрел прямо на Цирк, — это храм Magna Mater Deum Idea.

— А это что же означает? — спросила Марго недоумевающе.

Она задумалась, выуживая из закоулков памяти всю ту латынь, которая там как-то сумела удержаться.

— Magna звучит как великий, величественный. Mater… Я не уверена. Великий материал? Вещество?

— Нет, mater означает мать.