Колесо Времени. Книги 1-14

Нет, в такое я снова влезать не стану. Том наклонился, взял один из деревянных футляров с инструментами, длинный и узкий. Он открыл его, внутри лежала флейта, изготовленная незамысловато, но оправленная в серебро. Менестрель закрыл футляр и толкнул через стол к Ранду.

– Может, парень, пригодится тебе опять, если когда-нибудь придется зарабатывать на ужин.

– Может, пригодится, – сказал Ранд. – Но если захочешь поговорить, то пожалуйста. Я буду в… Менестрель замотал головой:

– Парень, самое лучшее – порвать сразу и навсегда. Если ты все время будешь оказываться рядом, даже если не станешь упоминать о нем, я не смогу выкинуть Рог из головы. И я не хочу впутаться в это дело. Не хочу.

После ухода Ранда Том швырнул плащ на кровать и сел. опершись локтями о стол. Рог Валир. Как этот фермерский мальчик нашел… Он оборвал эти мысли. Стоит подольше подумать о Роге, и потом глядь, а ты уже сбежал с Рандом, чтобы отнести Рог в Шайнар. Да-а, из этого получилась бы великолепная история – доставить Рог Валир в Пограничные Земли, а по пятам преследуют троллоки и Приспешники Темного. Угрюмо Том напомнил себе о Дене. Даже если бы она и не любила его, то такой талант, как у нее, встречается не каждый день. А она любит, даже если самому Тому и не представить себе, почему она его любит.

– Старый дурак, – пробормотал он.

– Вот-вот, именно, старый дурак, – сказала от двери Зера. Том вздрогнул; он так углубился в свои думы, что не услышал, как открылась дверь. Он знал Зеру не год и не два, бывал здесь в своих скитаниях, и она всегда, как другу, говорила ему откровенно обо всем, что думает. – Старый дурак, который вновь ввязался в Игру Домов. Если меня не подводит слух, у этого юного лорда – андорский выговор. И уж нечего сомневаться, он не кайриэнец. Даэсс Дей'мар – вещь опасная и без того, чтобы позволять чужеземному лорду впутывать тебя в его интриги.

Том моргнул, затем припомнил, как выглядел Ранд. Та куртка"

"– в самый раз для лорда, нарядная и превосходно сшитая. Да, он стареет: проглядеть то, что бросается в глаза! Удрученно он понял, что решает, говорить ли Зере правду, или пускай она думает, что думает. Все наводит на мысли о Великой Игре и о том, что я начал в нееиграть.

– Зера, этот парень – пастух, он из Двуречья.

– Ага, а я – Королева Гэалдана. Говорю тебе, за последние несколько лет в Кайриэне Игра стала гораздо опаснее. Дело до убийств дошло. Не остережешься, так итебе глотку перережут.

– А я тебе говорю, я больше не в Великой Игре. Снею покончено, все в прошлом, вот почти уже двадцатьлет!

– Та-ак, значит. – Не похоже, что она ему поверила. – Пусть так. Не будем о юном лорде-чужеземце, но сам-то ты начал выступать в поместьях лордов.

– Они хорошо платят.

– И они впутают тебя в свои козни, как только при-"" думают, как это сделать.