Колесо Времени. Книги 1-14

Воспалёнными глазами он сумел разглядеть в руках Демандреда плетение погибельного огня. Зарычав, Логайн подхватил с земли кусок сланца размером с кулак и швырнул его в Демандреда.

К его удивлению камень попал в цель, рассёк кожу и заставил Отрёкшегося отшатнуться. Демандред был могуч, но он всё же мог совершать ошибки, присущие простым смертным. Не стоит слишком увлекаться Единой Силой, что бы там ни твердил Таим. Одной секунды рассеянности хватило, чтобы щит, блокировавший Источник, исчез.

Логайн откатился в сторону, создавая одновременно два плетения. Одно было его собственным щитом, который он и не собирался использовать. Второе — шаг отчаяния, обратные Врата. Выбор труса.

Подняв руку к лицу, Демандред зарычал и ударил потоком Силы. Он решил отразить щит, сразу определив, что он более опасен. Врата открылись, и Логайн кувыркнулся в проём, позволяя им немедленно захлопнуться. Он рухнул по другую сторону — ошпаренный, с облезшими руками, почти ослепший и со звоном в ушах.

Он с трудом заставил себя сесть. Это был лагерь у болот, где Габрелле с остальными спутниками ждали его возвращения. Он взвыл от ярости. Сквозь узы доносилось беспокойство Габрелле. Сильное беспокойство. Свет, он даже не предполагал, что она будет так за него переживать.

— Тише-тише, — произнесла она, опускаясь рядом на колени. — Дурачок. Что ты с собой сделал?

— Я проиграл, — ответил он. Даже отсюда он чувствовал мощные атаки Демандреда и его призывы к Льюсу Тэррину. — Исцели меня.

— Ты ведь не станешь пробовать это снова, не так ли? — уточнила она. — Я не стану Исцелять тебя только для того, чтобы ты снова…

— Я не буду пытаться снова, — надтреснутым голосом произнёс Логайн. Боль была ужасной, но она меркла по сравнению с унижением от поражения. — Не буду, Габрелле. Перестань сомневаться в моих словах. Он слишком силён.

— Некоторые ожоги очень серьёзны, Логайн. Эти борозды на коже… даже не знаю, сумею ли Исцелить их полностью. У тебя останутся шрамы.

— Переживу, — проворчал он. Это там, где на руку и лицо попали капли лавы.

«Свет, — подумал он. — Как же нам справиться с этим чудовищем?»

Габрелле положила на него руки, и по телу разлилось плетение Исцеления.

* * *Грохот схватки между Эгвейн и М’Хаэлем соперничал с раскатами грома в небесах. М’Хаэль. Новый Отрёкшийся. Повсюду на поле боя Повелители Ужаса провозглашали его имя.

Эгвейн не задумываясь метала плетение за плетением в Аша’мана-изменника. Она больше не использовала ветер, но он продолжал с воем метаться вокруг неё, развевая волосы и платье, хлопая палантином. Рядом Наришма и Мериса вместе с Лейлвин жались к земле. Наришма, чей голос за рёвом битвы был еле слышен, выкрикивал названия плетений, которые создавал М’Хаэль.