Колесо Времени. Книги 1-14

А когда Аланна умрёт, её Страж — Ранд — обезумеет от ярости и Моридину не составит труда разделаться с ним.

Как же Ранд этого не заметил? Найнив пошарила по карманам, нащупывая сушёные травы, и замерла в растерянности. А помогут ли травы в таком состоянии? Чтобы Исцелить эту рану потребуется Единая Сила. Найнив оторвала от одежды Аланны полосу ткани, перевязала женщину, затем попыталась дотянуться до саидар для Исцеления.

Но Силу удерживал Ранд и отпускать не собирался. Найнив попыталась отбросить его прочь, но Ранд держал крепко. И чем сильнее она боролась, тем крепче становилась его хватка. Казалось, он каким-то образом направляет Силу, но она не видела плетений. Она что-то чувствовала, но из-за рёва ветра и странностей самого этого места создавалось впечатление, будто ураган закручивается вокруг неё воронкой. И в этом каким-то образом задействована Сила.

Проклятье! Ей нужен саидар. Ранд не виноват. Управляя кругом, он не может выделить ей ни капли Силы.

Чувствуя собственную беспомощность, Найнив прижала руку к ране Аланны. Отважиться позвать Ранда и попросить, чтобы исключил её из круга? Если она так поступит, Моридин, без сомнения, обратит на них внимание и убьёт Аланну.

Что же делать? Если женщина умрёт, Ранд утратит контроль. Это, вероятно, станет его концом… и концом Последней Битвы.

* * *— Видите? — говорил Мэт, обтёсывая топором кол, — вовсе не обязательно, чтобы было красиво. Приберегите свои столярные шедевры для мэровой дочки.

Наблюдавшие за ним люди кивнули с мрачной решимостью. Эти мужчины и женщины были фермерами, селянами и ремесленниками — как те, кого он знавал в Двуречье. Таких под его командованием тысячи. Ему бы сроду в голову не пришло, что их будет так много. Простые люди от сохи пришли сражаться.

Мэт считал их сумасшедшими, всех до единого. Если бы он только мог сбежать, он бы уже прятался в каком-нибудь подвале. Да чтоб ему сгореть, он бы хоть попытался спрятаться.

С того самого момента, как Эгвейн передала ему контроль над всем воинством Света, в его голове без остановки гремели игральные кости. От этого треклятого та’веренства никакой пользы.

Так он размышлял, обтёсывая очередное бревно для частокола. Особенно внимательно за ним наблюдал старик-фермер с кожей настолько задубевшей, что мечи троллоков наверняка отскакивали бы от неё, не причинив вреда. Этот человек откуда-то был Мэту знаком.

«Чтоб они сгорели, эти воспоминания», — подумал Мэт. Этот старик явно похож на какого-то человека из тех древних, дарованных ему воспоминаний. Да, кажется так и есть. Но из каких именно он не помнил. Какая-то… телега? Исчезающий?

— Пошли, Ренальд, — обратился старик к одному из товарищей — тоже фермеру, Порубежнику, судя по виду.