Колесо Времени. Книги 1-14

Но какое это имеет отношение к тому, чтобы быть дворянином?""

""Прямое"", - сказал Мэт. ""Ты разве не видишь? Если ты - обычный человек, то всегда знаешь, когда использовать свои сапоги. Человек может отследить три пары сапог. Жизнь проста, когда у тебя есть три пары сапог. Но дворяне... Талманес утверждает, что у него есть сорок пар различных сапог дома. Сорок пар, ты можешь вообразить это?""

Она улыбнулась, развлекаясь."

"""Сорок пар,"" - повторил Мэт, качая головой. ""Сорок проклятых пар. И все они представляют из себя разные виды сапог. Есть пара для каждого варианта одежды, и дюжина пар в различных стилях, которые будут подходить половине возможных вариантов одеяний. У тебя есть сапоги для королей, сапоги для высоких лордов и сапоги для нормальных людей. У тебя есть сапоги для зимы и для лета, сапоги для дождливых и для сухих дней. У тебя есть проклятая обувь, которую ты носишь, только когда идешь в купальню. Лопин имел обыкновение жаловаться, что у меня не было пары, чтобы ходить в уборную ночью!""

""Я вижу... Таким образом, ты используешь сапоги в качестве метафоры для обозначения бремени ответственности и решений, возложенных на аристократию, поскольку они предполагают руководство комплексом политических и социальных положений.""

""Метафора для...."" Мэт нахмурился. ""Кровавый пепел, женщина. Это не метафора для чего-либо! Это - просто сапоги""

Сеталь покачала головой. ""Ты нетипично мыслишь, Мэтрим Коутон.

- Стараюсь из всех сил, заметил он, протягивая руку к кувшину с подогретым сидром. - В смысле, не поступать шаблонно. Он налил кубок, поднял и протянул ей. Она приняла его с благодарностью и выпила, затем встала. - Засим, оставляю вас наедине с вашими забавами, Мастер Коутон. Но если вы продвинулись в вопросе с вратами для меня...

- Илэйн сказала, что сделает вам вскоре. Через день или два. Когда я вернусь с дела, на которое отправляюсь с Томом и Ноалом, я прослежу, чтобы всё было сделано.

Она понимающе кивнула. Если он не вернется с этого ""задания"", она позаботится об Олвере. Она повернулась к выходу. Мэт ждал, пока она не выйдет, прежде чем отхлебнуть сидра прямо из кувшина. Он делал это каждый вечер, но полагал, что ей лучше не знать об этом. Это было из тех вещей, о которых женщинам лучше не думать.

Он вернулся к докладам, но вскоре его мысли унеслись к Башне Генджей, к этим треклятым змеям и лисичкам. Сказанное Бергитте было весьма познавательным, но не очень обнадеживающим. Два месяца? Два треклятых месяца, потраченных на блуждание в коридорах? Этот факт смердел как помои. Кроме того, она брала огонь, музыку и железо. Нарушить правила было не такой уж оригинальной идеей.

Он не был удивлен. Вероятно, когда Свет создал первого человека, этот человек создал первое правило, чтобы кто-то другой нарушил его.