Колесо Времени. Книги 1-14

На равнодушных манипуляторов и не ведающих жалости разрушителей. На Разламывателей Мира. Теперь она знала, что те, по крайней мере, – Разламыватели Мира, – были мужчинами Айз Седай, когда таковые еще существовали, в Эпоху Легенд, но легче от этого не становилось. Не все Айз Седай похожи на тех, что в сказаниях, но многие ли похожи и насколько?

Айз Седай, приходившие в палатку, оказались настолько пестрой компанией, что разобраться в своих мыслях, прояснить свои сомнения никак не удавалось. Алвиарин, холодная и деловитая, как купец, приехавший закупать шерсть и табак, и удивленная тем, что с Найнив тоже надо заниматься, но согласившаяся с этим, была резка в своих замечаниях, но всегда готова повторить урок заново. Аланна Мосвани смеялась и, занимаясь с двуреченками, много времени говорила об окружающем мире, о мужчинах. Хотя Аланна выказала, с точки зрения встревожившейся Эгвейн, слишком много интереса к Ранду, Перрину и Мэту. Особенно к Ранду. Хуже всех оказалась Лиандрин, единственная, кто носил шаль; остальные упаковали их еще перед отъездом из Фал Дара. Лиандрин сидела, перебирая пальцами красную бахрому, учила мало и вдобавок неохотно. Она расспрашивала Эгвейн и Найнив, расспрашивала таким тоном, будто обвиняла в преступлении, и все ее вопросы касались трех ребят. Она продолжала допытываться до тех пор, пока Найнив не выпроводила ее вон, – почему Мудрая так поступила, Эгвейн не вполне понимала, – и ушла Лиандрин, напоследок предупредив:

– Будьте осторожны, дочери мои. Больше вы не у себя в деревне. Теперь вы босиком шлепаете по воде, где есть создания, которые не прочь укусить вас.

И вот наконец колонна достигла деревни под названием Медо, раскинувшейся на берегах Моры, что текла вдоль границы между Шайнаром и Арафелом и дальше в реку Эринин.

Эгвейн была уверена, что расспросы Айз Седай о Ранде заставили ее увидеть его в снах, расспросы и беспокойство о нем, о том, не пришлось ли ему и другим в погоне за Рогом Валир углубиться в Запустение. Сны, всегда дурные, поначалу ничем не отличались от обычных кошмаров. Но к той ночи, когда кавалькада Престола Амерлин оказалась в Медо, сны изменились.

– Извините, Айз Седай, – робко спросила Эгвейн, – но не видели ли вы Морейн Седай?

Стройная Айз Седай отмахнулась от девушки и заторопилась дальше по запруженной людьми и освещенной факелами деревенской улице, окликая кого-то, чтобы были поосмотрительнее с ее лошадью. Женщина была из Желтой Айя, хотя и не носила сейчас шали; Эгвейн знала только это и не больше, даже имени ее не знала.

Медо был деревней маленькой – хотя Эгвейн поразилась, поняв, что считает ""маленькой"" деревню, не уступающую размерами Эмондову Лугу, – и чужаков в ней оказалось намного больше, чем самих жителей.