Колесо Времени. Книги 1-14

Небо продолжало затягивать маслянистыми чёрными грозовыми облаками. Он чуял в ветре, запах сломанных деревьев и земли, или затопленных полей и горящих огней. Также часто, особенно с недавнего времени, такие запахи, казалось, контрастировали с миром вокруг некго. Одно из его чувств подсказало, что он находился в самом катастрофы, в то время, как остальные не видели ничего плохого.

- Этот выбор. Почему мы просто его не сделаем?

- Это не наш выбор, Юный Бык.

Перрин почувствовал, что его тянет в облака. Помимо воли, он начал идти вверх по склону. Прыгун бежал вприпрыжку позади. Там, вверху, опасно, Юный Бык.

- Я знаю, сказал Перрин. Но он не мог остановиться. Вместо этого он увеличил скорость. Каждый шаг нес его чуть дальше. Прыгун бежал позади, мимо деревьев, скал, групп наблюдающих волков. Перрин и Прыгун двигались вверх, взбираясь, пока деревьев не стало меньше и земля не стала холодной от мороза и льда.

Постепенно, они приблизились к самому облаку. Казалось, что оно состоит из тёмного тумана, в котром дрожат вращающиеся потоки. Поколебавшись на краю, Перрин вошёл внутрь. Будто в кошмар. Ветер внезапно стал злым, и воздух гудел от энергии. Летели листья и грязь и гравий поднятые бурей, и ему пришлось поднять руку, чтобы защищиться.

Нет, подумал он."

"Маленький защитный пузырь появился вокруг него. Буря продолжала бушевать всего в несколько дюймах от его лица, и ему пришлось напрячься, чтобы не быть затянутым в неё снова. Этот шторм не был кошмаром или сном, это было что-то большее, что-то более реальное. В этот раз, Перрин сам создавал какую-то ненормальность с помощью защитного пузыря.

Он устремился вперед, вскоре оставляя следы на снегу. Прыгун шагал против ветра, ослабляя его воздействие также и на него [Перрина]. В этом он он был искусней Перрина - тому едва удавалось сохранять свой пузырь. Он боялся, что без пузыря его засосет в бурю и бросит в воздух. Он видел крупные оторвавшиеся ветки и даже несколько небольших деревьев

Прыгун замедлился, затем присел на снег. Он смотрел вверх, прямо на вершину. ""Я не могу остаться, - прислал он. - Здесь мне не место""

- Я понимаю, - сказал Перрин.

Волк исчез, но Перрин двинулся дальше. Он не мог объяснить, что привлекло его, но он знал, что должен был стать свидетелем. Кто-то должен. Казалось, он шел часы, сосредоточившись только на двух вещах: держать ветер подальше от себя и переставлять ноги.

Буря становилась все более и более яростной. Самое плохое было то, что он не мог избежать всех бурь, только худших из них. Он миновал горную гряду, где вершина горы была сломана, держа свой путь рядом с ней, пригибаясь против порывов; крутые обрывы были с обеих сторон. Ветер начал хлестать по одежде, и ему приходилось щуриться из-за пыли и снега в воздухе.

Но он продолжал.