Колесо Времени. Книги 1-14

Во всем, кроме названия, город-государство Первой являлся провинцией Тира, и ей без сомнения пришлась бы по душе поддержка Иллиана. И в Иллиане многие голоса говорили, что приспело, мол, время для войны, что Тир урвал львиную долю торговли в Море Штормов. Весьма заманчивая западня для Домона – вот только в прошлом месяце он уже избежал трех похожих ловушек.

Он потянулся за мешочком, и тот, кто вел переговоры, схватил капитана за запястье. Домон ожег его свирепым взглядом, но тот посмотрел на него в ответ бестрепетнымвзором.

– Вы должны отчалить как можно быстрее, капитан.

– С первым светом, – прорычал Домон, мужчина кивнул и отпустил руку.

– Значит, с первым светом, капитан Домон. И не забывайте: чтобы воспользоваться своими деньгами, человек должен быть живым, а оберегает человека осмотрительность."

"Домон проводил взглядом уходящую троицу, затем мрачно уставился на кошель и пергамент, лежащие перед ним на столе. Кто-то хочет отправить меня на восток. Тир или Майен, безразлично, лишь бы убрать его на восток. Он подумал, что знает, кому это нужно. И, значит, опять у меня нет к. ним ниточки. Кому известно, кто Приспешник Тьмы, а кто нет? Но он знал, что Приспешники Тьмы гоняются за ним, – он еще не успел покинуть Марадон и отправиться вниз по реке в обратный путь, как появилась погоня. Приспешники Тьмы и троллоки. В этом-то он был уверен. Но главное, вопрос, на который у него не было даже намека на ответ: почему?

– Неприятности, Байл? – спросила Ниеда. – У тебя лицо, будто ты троллока узрел.

Она захихикала – неправдоподобно тонко и мелко, чего никак не ожидаешь от женщины такой комплекции. Как и большинство людей, ни разу не бывавших в Пограничных Землях, в троллоков Ниеда не верила. Домон как-то пробовал втолковать ей правду о них, но его рассказы ее только позабавили, и она сочла их если и не откровенной ложью, то побасенками и выдумками наверняка. В снег она, впрочем, тоже не верила.

– Никаких неприятностей, что ты, Ниеда! – Домон развязал мешок, выудил не глядя монету и кинул трактирщице. – Выпивку на всех, и, если что, дам еще.

Ниеда удивленно уставилась на монету:

– Тарвалонская марка! Байл, ты что, завел торговлю с колдуньями?

ВЕЛИКАЯ ОХОТА

– Нет, – хрипло произнес он. – Ничего подобного! Ниеда попробовала монету на зуб, затем быстрым движением спрятала в свой широкий пояс.

– Ладно, золото ведь. И все равно, сдается мне, эти колдуньи не так плохи, как их малюют. Не о многих я готова сказать так много хорошего. Есть у меня знакомый меняла, который возьмет такую. Народу мало сегодня, и вторую тебе давать резону нет. Тебе еще эля, Байл?

Он машинально кивнул, хотя кружка у него была еще почти полна, и Ниеда вперевалку удалилась. Она была другом и не станет распространяться об увиденном.