Колесо Времени. Книги 1-14

Никаких следов схваток не осталось, но даже вокруг детей в воздухе чувствовались напряжение и настороженность. Взрослые мужчины выглядели будто коты, ожидающие стаю крыс.

Ингтар окинул Ранда и Лана, проходивших мимо него, странным, почти встревоженным взглядом, открыл было рот, но так ничего и не сказал. Каджин, высокий, худой, с землистого цвета лицом, потряс кулаками над головой и воскликнул: ""Тай'шар Малкир! Тай'шар Манетерен! "" Истинная кровь Малкир. Истинная кровь Манетерен.

Ранд вздрогнул. Свет, почему он так сказал? Не будь дураком. Они здесь все знают про Манетерен. Им известна каждая старая история, если в ней упоминается сражение. Чтоб мне сгореть, нужно взять себя вруки!

Лан поднял в ответ свои кулаки.

– Тай'шар Шайнар!

Если броситься бежать, сумеет ли он затеряться в толпе и потом добраться до лошади? Если она отправит за мной следопытов… С каждым шагом напряжение в душе Рандастановилось все сильнее.

Когда они подходили к женской половине, Лан вдруготрывисто скомандовал:

– ""Кот Пересекает Двор Замка""! Вздрогнув, Ранд инстинктивно начал идти так, как его учили: спина прямая, но каждый мускул расслаблен, словно бы тело свисает на веревке, закрепленной на макушке головы. Это была расслабляющая, снимающая напряжение, почти надменная походка. Расслабленная наружно; внутри Ранд ничего похожего, конечно, не чувствовал. Времени удивляться своему поведению не оставалось. Они с Ланом свернули в последний коридор и зашагали нога в ногу."

"Когда Ранд и Лан подошли ближе, женщины у входа на женскую половину спокойно подняли на них глаза. Некоторые сидели за столами-пюпитрами, проверяя гроссбухи и иногда внося записи. Другие вязали или работали с иглой и пяльцами. За работой присматривали дамы в шелках, да и женщины в ливреях. Арочные двери были открыты, их никто не охранял, не считая самих женщин. Большего и не требовалось. Ни один шайнарец-мужчина не вошел бы сюда без приглашения, но любой шайнарец-мужчина при необходимости грудью встал бы на защиту этой двери и был бы до глубины души потрясен, возникни необходимость ее защищать. В животе у Ранда что-то сжалось, перевернулось, во рту появился резкий кислый привкус. Они лишь разок взглянут на наши мечи и дадут от ворот поворот. ладно, этого-то ведь я и хочу? Если они нас развернут, может, я и сумею улизнуть. Если они не позовут стражу из-за нас. Словно утопающий за соломинку, Ранд держался за стойку, в которой шагал по приказу Лана; лишь она не давала ему тут же развернуться и броситься наутек.

Одна из дам Леди Амалисы, Нисура, круглолицая женщина, отложила свою вышивку и, когда Ранд с Ланом подошли ближе и остановились, встала. Ее взгляд пробежался по их мечам, она поджала губы, но не обмолвилась об оружии ни словом.