Колесо Времени. Книги 1-14

Почти сразу же его опять повело в сторону, но, падая, он заставил себя быстрее переставлять ноги и бежал теперь широкими шагами под уклон, все время рискуя упасть. От движения руки и ноги начали слушаться Ранда лучше. Мало-помалу он побежал выпрямившись, руки качали в легкие воздух, длинные ноги несли его прыжками по склону. Он выскочил на поляну, половину которой занимал теперь огромный дуб, отмечающий могилу Зеленого Человека. Рядом — белая каменная арка, с древним символом Айз Седай, а чуть в стороне — почерневшая, зияющая яма, где огонь и ветер старались удержать в своих оковах Агинора и где они потерпели поражение.

— Эгвейн! Эгвейн, где ты? — Стоящая на коленях под широко раскинувшимися ветвями хорошенькая девушка, с цветами в осыпанных бурыми дубовыми листьями волосах, посмотрела на него изумленно раскрытыми глазами. Девушка была стройной и юной и испуганной. Да, это она и есть. Конечно. — Эгвейн, благодарение Свету, ты цела!

С нею были еще две женщины; у одной, с затравленными глазами, — длинная коса, все еще украшенная несколькими утренними звездами. Другая лежала распростершись, под головой — сложенные плащи, ее собственный небесно-голубой плащ не прикрывал превратившееся в лохмотья платье. На дорогой ткани виднелись обугленные по краям дыры и разрезы, лицо женщины было бледным, но глаза — открыты. Морейн. Да, Айз Седай. И Мудрая. Найнив. Женщины смотрели на него — пристально, не мигая.

— Вы невредимы? Эгвейн? Он тебе ничего не сделал?

Теперь, — увидев ее, он едва не затанцевал, сразу позабыв про синяки и все прочее, — он мог идти не спотыкаясь, но так хорошо оказалось сесть, скрестив ноги, рядом с женщинами.

— Я не видела тебя после того, как ты меня толкнул... — Взгляд ее неуверенно ощупал его лицо. — А как ты, Ранд?

— Со мной все хорошо. — Он рассмеялся. Погладил девушку по щеке и подумал, не почудилась ли ему ее попытка отстраниться от его руки. — Немного отдохнуть, и я как новенький. Найнив? Морейн Седай?

Имена, когда он произносил их, как-то по-новому чувствовались на языке.

Глаза Мудрой были старыми, древними на ее молодом лице, но она отрицательно покачала головой.

— Немного ушиблась, — сказала она, по-прежнему глядя на него. — Морейн одна... Ей одной больше всех досталось.

— Больше пострадала моя гордость, чем нечто иное, — раздраженно заметила Айз Седай, теребя плащ-одеяло. Она выглядела так, как будто очень долго проболела или же была крайне истощенной, но, вопреки темным кругам под глазами, взгляд ее был острым и полным силы. — Агинор был поражен и разъярен тем, что я так долго удерживала его, но, к счастью, у него не было времени, чтобы уделить на меня даже его толику. Я сама удивилась, что сдерживала его так долго.