Колесо Времени. Книги 1-14

По сравнению с нею остальное выглядело грубой, недоделанной копией. Выточенные в неподатливом камне листья казались нежными, застывшими в то мгновение, когда по ним пробежал порыв ласкового летнего ветерка. Ко всему прочему, у путников появилось ощущение возраста: резные листья казались старше остального камня настолько же, насколько он выглядел древнее кирпича. Древнее, и значительно. Лойал взирал на узоры с таким видом, словно предпочел бы очутиться где угодно, даже на улице, полной людских толп, чем оставаться здесь.

— Авендесора, — произнесла тихо Морейн, возлагая руку на трилистник в каменной резьбе. Ранд рассматривал резной орнамент — это был единственный такой лист, который он сумел отыскать. — Лист Древа Жизни — ключ, — сказала Айз Седай, и лист оказался у нее в руке.

Ранд моргнул; за спиной он услышал удивленные вздохи. Этот лист выглядел частью стены не меньше всего прочего. Так же просто Айз Седай приложила его к узору на ладонь ниже. Трехконечный лист подошел к орнаменту так, будто это место было предназначено именно для него, и он вновь стал частью целого. Едва лист лег туда, сплошной характер центральной каменной кладки изменился.

Теперь Ранд был уверен, что видит, как перебирает листья неподвластный его ощущениям ветерок; ему чудилось, что под пылью листья зеленые — гобелен густой весенней зелени в освещенном фонарями подвале. Сначала почти незаметная, по центру древней резьбы образовалась щель, она ширилась по мере того, как половинки неспешно распахивались в подвал, пока не раскрылись настежь. Тыльная сторона ворот была отделана так же, как и лицевая: то же богатство виноградных лоз и листьев, почти живых. Дальше, вместо земли, глины или подвала соседнего дома, в бледном мерцании дрожали отражения путников."

"— Я слышал, — произнес Лойал, отчасти с грустью и скорбью, отчасти с опаской, — что когда-то Путевые Врата сверкали как зеркала. Когда-то вступающий на Пути проходил сквозь солнце и небо. Когда-то.

— У нас нет времени для проволочек, — сказала Морейн.

Ведя в поводу Мандарба, мимо нее прошел Лан, в руке он держал шест с фонарем. Ведя за собой призрачную лошадь, к нему приблизилось подернутое тенью отражение Стража. Человек и отражение шагнули друг в друга, на миг слились на мерцающей поверхности, и оба исчезли. Мгновение черный жеребец упирался, кажущийся непрерывным повод соединял животное с тускло очерченным отражением. Уздечка натянулась, и боевой конь тоже исчез.

Какое-то время все в подвале стояли, уставясь на Путевые Врата.

— Поспешите, — поторопила спутников Морейн. — Я должна пройти через них последней. Нельзя оставить Врата открытыми: кто-нибудь случайно может обнаружить их. Поспешите!

С тяжелым вздохом Лойал шагнул в мерцающую пелену.