Колесо Времени. Книги 1-14

Быть может, и я натворю таких же бед, как он!

– Не раскисай, пастух! – приказал ему Лан. – Твои крепкие плечи – опора всему миру! Помни: ты – мужчина. Исполняй свой долг – вот и все!

Ранд обратил на Стража пронзительный взор, но в тот же миг злоба его испарилась, как это ни странно.

– Сделаю все, что смогу. Постараюсь сделать! – пообещал он. – Некому это сделать, кроме меня. Да, я буду биться, но мне не по душе то, кем я стал. – Глаза у него закрылись. Ранд словно уснул. – Да, я буду сражаться! Но сны…

Внимательно всматриваясь в лицо Ранда, Лан кивнул. Затем скользнул взором по лицу забывшейся Морейн, повернулся к Перрину и Мин:

– Уложите его, чтоб отдохнул. Да и сами поспите. Нам еще нужно подумать о будущем. Что ждет нас? Свет только знает…

ГЛАВА 6. Охота начинается

Перрин не ожидал, что уснет как убитый. Сон прилетел, видимо, на зов его желудка, битком набитого тушеным мясом, ибо аскетичное стремление бойца насытиться съедобными корнями было прервано запахом ужина, одурманившим голодного, а наевшись мяса, он был сражен усталостью, доведшей его до звона в ушах. Он заснул крепко и снов не запомнил.

Проснулся Перрин в ту минуту, когда верный Лан стал трясти его за плечо. На фоне рассвета, вливающегося в распахнутую дверь, Лан был как тень, окруженная венцом сияния.

– Ранда нет! – сообщил мрачно Лан и быстро удалился. Впрочем, двух этих слов было достаточно.

Зевая, потягиваясь, Перрин вытащил себя из постели и в утреннем холоде набросил одежду. Неподалеку от его жилища шайнарцы волокли лошадьми тела троллоков в лес, причем большинство воинов двигались так, что становилось ясно: место им сейчас в постели, лежать бы и набираться сил. Исцеленному телу требуется время, чтобы восстановить крепость мускулов.

Живот у Перрина снова урчал от голода. Воин внюхивался в потоки ветра, надеясь, что где-то в лагере уже готовят завтрак. Теперь уже он, если нужно, поел бы и кореньев, пускай даже сырых, а не вареных. Но пахло не едой, а телами убитых Мурддраалов и троллоков, людьми, живыми и мертвыми, пряным духом коней и деревьями. И погибшими волками."

"В другом конце долины-чаши, на склоне горы, жилище Морейн возвышалось, как боевой штаб. В дверь дома властительницы проскользнула Мин, а через несколько минут из дома-штаба вышли Масима, за ним Уно. Одноглазый воин-победитель вскоре скрылся в роще, поднимаясь к скале с остроголовой вершиной, вздымающейся над поселком. По другой тропе с холма спускался, хромая, еще один шайнарец.

Перрин направился к генеральскому приюту Морейн. Пересекая мелкий ручей, обдавший его восторгом плещущих волн, изморосью капель, он повстречался с Масимой. На усталом лице шайнарца по– особому ярко белел шрам поперек щеки, глаза его тускло блистали из– под бровей.