Палач времен

Калугин бы не поверил, к тому же он мог быть одним из агентов эмиссара Игрока. Косвенное подтверждение этому Руслан уже имел: майор начинал и расследование убийства Полторацкого, но до сих пор не продвинулся вперед ни на шаг.

Впрочем, подумал Руслан трезво, я теперь в каждом вижу врага. Майор просто делает свое дело как умеет.

— О чем вы беседовали еще? — продолжал Калугин.

— О задании, которое нам дал генерал Кирсанов. Подробности можете узнать от него, я говорить об этом не имею права.

— Да-да, разумеется. Но вы не заметили в поведении полковника чего-нибудь необычного? Он не называл каких-либо известных фамилий?

— Не помню, — после паузы проговорил Руслан, понимая, что не должен повторять слова Вараввы. — Разве что фамилию начальника Управления…

— Постарайтесь вспомнить, капитан, — настойчиво, с нажимом сказал Калугин. — Это очень важно.

— Нет, больше мы никого не вспоминали, — твердо заявил Руслан.

— Жаль, — кисло вздохнул майор. — Я надеялся, что вы поможете следствию. Если что-нибудь вспомните — позвоните мне.

— Непременно, — вежливо пообещал Руслан. — Я могу идти?

Костров встал, кинул подбородок к груди и отошел, провожаемый задумчиво-рассеянным взглядом начальника отдела внутренних расследований.

Не менее задумчивым выглядел и сам Руслан, спускаясь во двор, на стоянку автотранспорта, принадлежащего Управлению. Он прикидывал план, как выйти на подполковника Эйникиса и предъявить ему счет за два убийства — Полторацкого и Вараввы. Сомнений в том, что именно Эйникис был ликвидитором, у Кострова не было.

Уже подходя к «Волге» отдела, в которой его ждали Маркин и Паша-летчик, Руслан услышал свою фамилию и оглянулся. Его догоняли двое: громадный, глыбистый, как отколовшийся утес, молодец в черной кожаной куртке, с каменным лицом и особой стрижкой «а-ля киборг», и мужчина в форме подполковника с темным узким лицом, на котором выделялись черные, глубоко посаженные глаза и хищный нос. Это был подполковник Эйникис, зять начальника Криптозоны и командир особого подразделения ФСБ по связям с общественностью.

— Подождите, капитан.

Руслан косо глянул на своих подчиненных, готовых вылезти из машины и прийти на помощь, незаметно качнул пальцем, останавливая их.

— Я вас внимательно слушаю, — сказал он, поворачиваясь лицом к человеку, с которым он хотел встретиться тет-а-тет.

— Мне говорили, что вы недавно вернулись из командировки, — остановился Эйникис напротив Кострова, в то время как его глыбистый сопровождающий занял позицию чуть сзади, не сводя ничего не выражающих светлых глаз с капитана.

Руслан понял, что подполковник знает, где он был и что делал.

— Жду вопроса, — невозмутимо сказал Руслан.

Эйникис нахмурился.