Хроника гнусных времен

– Собака? – переспросила Муся с сомнением."

"– Собака, – подтвердил Кирилл. – Это такое млекопитающее, покрытое шерстью и на четырех ногах. Как правило, еще имеет хвост. При появлении чужих подает сигнал голосом, в просторечье – брешет. Никогда не видели?

Настя принялась изо всех сил тереть каминную полку, а Муся сказала с улыбкой:

– Ничего не знаю ни про каких собак. Да у нас и соседей-то никаких нет. Только тот дом, но там то ли никто не живет, то ли очень редко приезжают. Я их никогда не видела. А что?

– А собаки на том участке не видели?

– Нет.

– Вы сегодня приехали к восьми часам? Настя перестала ожесточенно тереть мраморную крышку и уставилась на Кирилла с любопытством.

– А почему ты про все это спрашиваешь?

– Про собаку из-за будки. Почему будка есть, а собаки нет? – Это было вранье. Он точно знал, что собака есть, и хотел понять, не видел ли ее кто-то еще. – А про время потому, что я в семь часов вставал, и входная дверь была открыта. Я думал, что это Муся, а она только к восьми приехала.

Настя вытаращила зеленые глазищи и уже открыла было рот, чтобы объявить, что ни в какие семь часов Кирилл Костромин не вставал, но взглянула на него, и рот послушно захлопнулся.

– Не знаю, – заволновалась Муся, – когда я пришла, все было закрыто. Я дверь отпирала, это я точно помню. Правда, на террасе уже была Нина Павловна, но она с другого крыльца выходила.

– А в саду никого не было?

– Нет. Не было. Я не заметила.

– Настя! – закричал из-за закрытой двери голос Сергея. – Настена!!

– Да! – неожиданно громко завопила в ответ Настя, и Кирилл вздрогнул. – Я здесь!

Она подбежала к двери, распахнула ее и закричала еще громче:

– Сереж, я здесь! Что случилось?

– Спустись!

– Зачем?!

– Черт побери, – сказал Кирилл себе под нос, – как в лесу.

– Надо!

– Наверное, там наши мамы на кухне что-то… – Настя обвела взглядом кабинет и остановилась на Мусе:

– Мусенька, я прошу тебя, подожди меня.

– Я все сама закончу, – сказала Муся, улыбаясь, – иди, что за глупости?

– Я с тобой, – заявил Кирилл и положил альбом в стопку, – ты одна с ними не справишься.

– Справлюсь. Ты лучше в гамаке с книжечкой посиди.

– Я с тобой, – повторил Кирилл с нажимом. – Муся, мы пошли.

Они вышли в коридор, продолжая препираться. Муся смотрела им вслед, потом перевела взгляд на зеркало, висящее над каминной полкой, и улыбка медленно сползла с ее лица.

Нина Павловна и Юлия Витальевна действительно ссорились. Обстановка была предгрозовой, и дело явно подвигалось к шторму.

– Если тебе лень чистить картошку, – говорила Нина Павловна, орудуя длинным плоским ножом, – давай я почищу. Мы не свиньи и нечищеную картошку есть не будем.