Вредность - не порок

Первым в списке неотложных дел все так же оставалось посещение королевской темницы — не возвращаться же за этим в Моренск еще раз. Поиски друзей можно отложить на потом. Они живы — это самое главное. Правда, пока властелин пересекал Дворцовую площадь, связь пару раз оживала, словно Ксения находилась где-то совсем рядом, но такого не могло быть. Во всяком случае, не должно было.

Спускаясь по каменным ступеням в подземелья, Алекс изо всех сил старался представить себя прежнего. А ведь он вполне мог сейчас занимать одну из этих камер. И если бы в мире существовала справедливость, так бы и было.

Молодой маг, сопровождавший его вниз, закрепил факел и с поклоном удалился. Алекс некоторое время стоял неподвижно, собираясь с мыслями, потом сделал глубокий вдох, словно перед прыжком в воду, и вошел в образовавшийся круг света.

Узник с непривычки тер глаза. За годы, проведенные под землей, он успел отвыкнуть от света, и теперь даже тусклые отблески факела причиняли ему боль.

Алекс терпеливо ждал.

Эльхиор был наполовину эльфом. Они знали друг друга еще со времен учебы в Академии, хотя Алекс был на три года старше. Впрочем, сейчас, когда полуэльф провел столько лет в застенках, без солнечного света, отлученный от силы, казалось, что властелин на сотню (а то и две) лет моложе.

— К нам стали пускать посетителей? — проморгавшись, полюбопытствовал сиделец. Звонкий, живой голос никак не вязался с внешностью: худой, ссутулившийся, с длинными седыми патлами и выцветшими глазами, он напоминал привидение. А когда-то среди немногочисленных студенток Академии он считался самой завидной добычей…

— Неужели вчерашнего посетителя тебе мало?

Узник с отвращением поморщился. По-видимому, он полностью разделял отношение визитера к храмовникам и их речам.

— Есть новости? — вполне буднично поинтересовался Алексэрт.

— Шутишь? Я даже понятия не имею, сколько торчу в этой дыре. Здесь, знаешь ли, солнце не восходит.

— Ты прекрасно понял, о чем я. Что тебе известно про Власа?

— Мне? Откуда? Это ты с ним дружбу водил! Хотя, я гляжу, ты и к Измиру вовремя подмазаться успел, а то сидел бы сейчас в соседней камере, а не расхаживал тут с важным видом.

В прежние годы Алексэрт как минимум засветил бы ему в лоб каким-нибудь особо изощренным проклятием, а сейчас лишь поморщился. Что ни говори, а время и на нем оставило свой след. Бывший маг стал сдержаннее, рассудительнее, в нем появилась, как говорила Ксения, какая-то «властелинистость».

— Я никогда не стремился оправдаться, — холодно отозвался властелин. — И тем более не обязан этого делать перед тобой. Так что там с Власом?

Эльхиор призадумался.

— Положим, я кое-что знаю, — словно нехотя согласился он. — И даже, может быть, что-нибудь тебе скажу.