Вредина для мажора

Я закрыла глаза, на душе у меня тоже был грязно-серый снег и вой, только не собачий, а мой личный, от разбитого сердца.

Каким-то чудом умудрилась уснуть. Проснулась, когда уже стемнело. Дома разносились голоса. Я чуть поднялась, голова болела, в висках вибрировало. Глянула на часы, и ужаснулась: почти восемь. Это ж сколько проспала, и даже ни разу не проснулась. С ума сойти. Надо срочно позвонить на работу, предупредить.

Наверное, я забылась, поэтому так быстро кликнула на перевод из режима полета в обычный. Мобильный тут же запиликал, оповещая о входящих, кто не смог дозвониться. Сердце у меня сжалось, превратилось в натянутую струну. Дыхание перехватило. На экране отразилась почти сотня вызовов от Ромы.

– Кать, – дверь открылась, это мама вошла. К счастью, выдернула меня из мыслей и шока. Зачем он звонил? Что ему надо?

– Катюш, пойдем на кухню. Поможешь нам составить заявление в полицию.

– В полицию? – удивилась, откладывая мобильный на кровати.

– Да, я тут женщину встретила. Ее обокрали до нитки, она плакала, сидела на лавке. Ну как пройти, – почти шепотом произнесла мама, поглядывая через плечо, в сторону коридора.

– Господи, какой кошмар. Она не пострадала сама?

– Нет, к счастью. Но дрожит вся, не знает, как быть. Я говорю родственникам позвонить, а она даже телефоны их не может вспомнить. Так напугана видимо.

– Вы в полицию не обращались? – спросила, поднимаясь с кровати. Мысли немного путались, я не могла толком сконцентрироваться. Продолжала задаваться вопросом, почему Филатов столько раз звонил. Зачем? Если у них с Аней снова любовь, то… я отказываюсь понимать его поведение.

– Пойдем на кухню, может ты что посоветуешь ей. Мы с отцом как-то по старинке привыкли.

– Ладно, идем, – выдохнула и пошла за мамой. Смотрела себе под ноги, зевала. Из меня словно силы вытрясли. Отвратительное состояние. А еще, несмотря на обиду, в сердце продолжала таиться надежда. Увидела эти пропущенные и сразу подумала, вдруг с фотографией не все чисто. Вдруг она ненастоящая или… Ну для чего-то же звонил Рома.

– Настя, это моя дочка, Катенька. Она у нас умница, сейчас поможет тебе. И заявление составите, и родственников твоих найдем. Не переживай, – успокаивала мама едва знакомую женщину. Я подняла голову, хотела уже поздороваться. Да только не смогла и слова вымолвить.

Глава 46

Это была не незнакомая женщина. Госпожу Филатову нельзя спутать ни с кем. Только выглядела она иначе. Разбитая какая-то, глаза опухшие, плечи опущенные, словно маленький побитый котенок. Мне даже стало жаль Анастасию Александровну.

К слову, она тоже удивилась, увидев меня. Тут же сглотнула, взгляд ответа, пальцы скрестила. Мама продолжала щебетать над ней: кружку с горячим чаем поставила, пирожки, которые вчера испекла.