Вихри враждебные

Ну как тут новому императору обойтись без репрессий?

Коба тихо подошел сзади, бесшумно ступая ногами, обутыми в мягкие кавказские сапоги, и обнял Ирину за плечи.

– О чем ты думаешь, дорогая? – негромко спросил он.

– Да так, Сосо, – ответила Ирина, – о тебе, обо мне, о нашем будущем ребенке, обо всех этих людях, что мирно спят сейчас в своих постелях, и о том, что мы несем здешней России и всему этому миру.

– О нашем ребенке? – удивленно переспросил Коба.

– Да, Сосо, – ответила Ирина, ласково прижимаясь к Кобе, – похоже, что через восемь месяцев ты станешь отцом.

– Дзалиан каргад (Очень хорошо), дорогая! – воскликнул Коба с прорезавшимся вдруг кавказским акцентом, что случалось у него лишь в случае большого волнения.

– Я боюсь, Сосо, – тихо призналась Ирина, – боюсь за нашего еще не рожденного сына или дочку, боюсь за тебя, боюсь за весь этот такой хрупкий мир, в который мы пришли.

– Не бойся, дорогая, – сказал Коба, – ведь я с тобой.

– Понимаешь, Сосо, – сказала Ирина, – мы ведь хотим изменить этот мир к лучшему, а он нам сопротивляется. И мы тогда ломаем его об колено, приговаривая: «Не хочешь по-хорошему – будет по-плохому».

– А может, так и надо? – сказал Коба. – Это далеко не самый лучший из всех возможных миров, поверь мне. А Петербург – это еще не вся Россия. Сделать этот мир более справедливым для простых людей – это святое дело.

– Пойми, Сосо, – сказала Ирина, – заставить людей быть счастливыми невозможно. Счастье из-под палки… А нужно ли будет людям такое счастье? Был в нашей истории один косноязычный персонаж, который отлил как в бронзе фразу: «Хотели как лучше, а получилось как всегда». Так вот, Сосо, если ломиться, не выбирая дороги и не глядя под ноги, то может получиться не просто «как всегда», а даже еще хуже. Мы, женщины, тонко чувствуем это.

Ирина высвободилась из объятий и повернулась к Кобе лицом.

– Сосо, – сказала она, глядя ему в глаза, – я знаю, что ты скоро уедешь в Баку. Так вот, пообещай мне, что там ты будешь очень осторожен.

– Осторожен в чем, дорогая? – удивленно спросил Коба.

– Во всем, Сосо, – ответила Ирина. – Делая что-либо, не забывай – чем все это может закончиться. И не станет ли потом от этого только хуже. Сейчас в твоих руках сосредоточена очень большая власть. Ты – личный представитель императора, и тебе многое будет позволено. Ни жандармы, ни охранка, ни обычная полиция не посмеют тебя тронуть. За твоей спиной будет стоять не только император, но и все мы.

– И за что мне такая честь, дорогая? – спросил немного растерянный Коба.

– А ты, Сосо, еще этого не понял? – вопросом на вопрос ответила Ирина. – Если с императором Михаилом что-нибудь, не дай бог, случится, то все наши станут тянуть наверх именно тебя.