Вихри враждебные

– Оленька, – ответил Бережной, – ловля тунца – это нечто большее, чем простая рыбалка. Тунец – это сильная и быстрая рыба, достигающая двух саженей длины и порой весящая до сорока пудов. Если бы твой папа́ мог принять участие в такой рыбалке, то он наверняка был бы счастлив, ибо такая добыча достойна рыбака. Кроме того, это занятие для настоящих мужчин совмещается с полезной для дамского здоровья морской прогулкой. Или ты хочешь остаться здесь и смотреть, как с борта «Москвы» фавнами сигают в воду голые мужики?

Великая княгиня отрицательно покачала головой, но ничего не сказала в ответ, заметив приближающихся к ним офицеров «Москвы».

– Господа, – сказала она, – можете считать, что вы меня уговорили. Только я ничего ловить не буду. Я просто сяду в сторонке и немного порисую. Думаю, что многие из петербургских придворных дам мне бы позавидовали.

– А мы, ваше императорское высочество, – улыбнулся Бережной, – их еще немного подразним – сфотографируем вас рядом с самой крупной пойманной рыбиной и дадим фото в газеты с подписью: «Гигантский тунец, собственноручно пойманный Ее Императорским Высочеством великой княгиней Ольгой Александровной».

– Да ладно вам, – рассмеялась великая княгиня и спросила: – Кстати, а адмирал Ларионов тоже едет на рыбалку?

– Скорее всего, нет, ваше императорское высочество, – ответил командир «Москвы» капитан 1-го ранга Остапенко, – он не любитель такого рода развлечений. К тому же он сказал, что будет занят. У него какое-то совещание с Щенсновичем и фон Эссеном.

– С этим пиратом? – хмыкнула великая княгиня Ольга.

– Почему пиратом? – удивился капитан 1-го ранга Остапенко. – Николай Оттович весьма толковый и знающий морское дело командир, любимый матросами и уважаемый офицерами.

– Но он очень уж похож на этакого Билли Бонса, – притворно надула свои прелестные губки Ольга Александровна, – ему только попугая на плече не хватает и деревянной ноги.

– Это в вас, ваше императорское высочество, говорит художник, – улыбнулся Бережной. – А вы вот возьмите и напишите портрет каперанга фон Эссена в образе морского разбойника. Лет через десять такая картина будет стоить бешеных денег.

Их шуточную пикировку прервал подошедший мичман.

– Ваше императорское высочество, товарищи офицеры, – доложил он, – катер уже спущен на воду и ошвартован у трапа.

– Ну что же, – сказал капитан 1-го ранга Остапенко, – прошу в катер. Пора приступить к забавам настоящих мужчин.

А в это время в каюте адмирала Ларионова на крейсере «Москва», под тихий шелест кондиционера пили чай и разговаривали с хозяином прибывшие с «Ретвизана» и «Цесаревича» капитаны 1-го ранга Щенснович и фон Эссен.