Верные враги

Вирра, в свою очередь втиснувшись между колдуном и эльфом, вызывающе уставилась на последнего снизу вверх, в подражание Вересу уперев руки в бока и сердито посапывая покрасневшим от волнения носом. Рест и Мрак тоже подтянулись поближе, прикрывая колдуна с боков. Я благоразумно не высовывалась, подсматривая за магом то из-за локтя Вереса, то в щель между его ногами.

— С ним это бывало, — невозмутимо подтвердил Морриэль, как бы невзначай отступая на шаг. — Лично на меня он покушался четыре раза — по крайней мере, те, что я заметил. Беда с этими первыми помощниками — так и норовят тебя не только заместить, но и сместить.

— Так, может, ты нам за него еще и премию выпишешь? — Рискнул еще больше обнаглеть Верес.

Эльф с явным сожалением покачал головой.

— Увы, он пользовался слишком большим доверием Ллиотарэля, и отчитываться вам придется перед Правителем. А если тот вдобавок узнает, что ты притащил в Град оборотня…

— А если не узнает? — без обиняков перебил колдун. Морриэль не ответил, но, похоже, призадумался, сложив руки на груди и спрятав кисти в широких рукавах. Я могла поклясться, что он без особых затруднений продолжает рассматривать меня даже сквозь колдуна и девочку — ощущение пристального, не до конца определившегося в моем отношении взгляда не проходило.

Верес, воспользовавшись паузой, вновь склонился над трупом, быстренько заканчивая обыск. Кучка амулетов выросла втрое, дополнившись плоской черной коробочкой, разящей жженым сахаром почище кинжала, платком с монограммой (удивленно опознанным Морриэлем как принадлежащий ему), связкой ключей, туго набитым золотом кошелем и звездообразным платиновым знаком на цепочке, так брезгливо выроненным колдуном, словно тот обжег ему руку.

— Он состоял в Совете Ковена Магов, Морри?

Эльф скорбно покосился на Вереса, не поощряя такого панибратства на людях и уж тем более оборотнях, но всё-таки соизволил ответить:

— Да, мы оба представляли там нашу часть Ясневого Града. Правда, с некоторых пор несколько по отдельности — Ассариэль почти всегда голосовал на стороне вольных чародеев, однако как маг он мало чем мне уступал, и с этим нельзя было не считаться. В конце концов, свобода мнений — основной принцип Совета Ковена, интересы же Града он неукоснительно соблюдал, поэтому придраться было не к чему. Ллиотарэль высоко ценил его дипломатические качества, так что тебе придется очень постараться, чтобы их затмить…

Морриэль честно сделал всё, дабы окончательно испортить нам настроение. Всем, кроме Вереса.

— А вот мне почему-то кажется, что Правитель Града не станет так уж сильно на нас ругаться, — загадочно-интригующим тоном, слегка растягивая слова, объявил он. — Даже наоборот.