Враги

-- А разве ты сейчас примерно за этим сюда не пришел? - улыбнулась Элисса."

"А ведь и верно. Пусть звучит не так пышно - всего-то попытаться отыскать человека, который пошел на эти проклятые болота и не вернулся. Впрочем, красивые слова чаще всего самую суть и не передают. Просто ими потом очень удобно прикрывать то неприглядное, что происходит на самом деле. Скажи - ""битва"" - и только тот, кто сам попадал в такие мясорубки, вспомнит ярость, страх и боль, а мальчишки с сияющим взглядом будут представлять картинно размахивающих мечами воинов в свеженачищеной броне. Победа - флаги и песни, а не усталость и скорбь о тех, кого уже не вернуть. Герои, разумеется, велики ростом и в плечах - косая сажень, молятся Создателю по дюжине раз на дню. А та, что топает сейчас в трех шагах впереди... Натаниэль улыбнулся. Неважно, кем ее назовут и что будут говорить потом. Главное, что он очень кстати оказался поблизости.

Он в который раз оглядел окрестности, благословил ночное зрение Стража и потянул из колчана стрелу. Волки. Непростые волки - появились молча и умирали молча. Хвала Создателю - умирали, несмотря на то, что на каждого приходилось тратить несколько стрел или не одно заклинание. И кто его знает, что за твари таятся в этом чудовищном мраке? Если маги говорят об истончившейся Завесе - что может вылезти с той стороны? Возможно, будь кругом все та же тьма - но живая, звучащая - было бы легче. Но кругом стояла совершенно неестественная тишина. Не шелестели листья, не щебетали птицы, и зверя не было слышно, даже болото не вздыхало газовыми пузырями, разбавляя мертвящую тишину. Только чавкала грязь под сапогами, кряхтел гном, да Андерс костерил себе под нос кого-то неведомого. Таиться смысла не было - волки и оборотни почуют, как ни таись. А еще где-то на краю разума шевелилось, царапало ощущение скверны - где то там, впереди, пока еще далеко, поджидали порождения тьмы.

Они миновали обгорелые остовы деревни и кованую ограду богатого некогда поместья - впрочем что там темнело за витой решеткой Натаниэль не смог разглядеть даже ночным зрением стража - тьма там становилась и вовсе непроницаемой, такая разве что в ночных кошмарах бывает. Порой ему начинало казаться, что на самом деле нет ничего вокруг - просто он угодил в один нескончаемый кошмар и захлебывается этой вязкой мертвящей тьмой не в силах проснуться. Так худо не было даже в той сильверитовой шахте - подумаешь, подземелье. Полное тварей, но все же - лишь подземелье. Безо всяких там древних легенд и волшебных заморочек. Хотелось остановиться и проснуться, наконец - но Элисса знай себе топала впереди, размеренно и молча, а значит, все, что ему оставалось - шагать следом, высматривая опасность, да надеяться, что не промахнется. Впрочем, Натаниэль и не промахивался.