Враги

- Держи. А то трясет всего.

-- Так заметно? - криво усмехнулся Натаниэль.

Она пожала плечами.

-- Заметно... Я когда в первый раз нос к носу с огром столкнулась, чуть в штаны не наложила. И верещала так, что голос сорвала.

-- Как когда я тебе лягушку чуть за шиворот не засунул? - рассмеялся Натаниэль.

-- Громче, - хмыкнула Элисса.

Натаниэль подумал, что едва ли может представить ее - нынешнюю - верещащей как та девчонка, что до сих пор жила в памяти, никак не желая совмещаться с этой женщиной. Отхлебнул из фляжки - тепло спустилось в желудок, заставляя расслабиться до сих пор скрученное в тугой узел страха нутро. Элисса чуть откинула голову назад, прислонясь затылком к стене, расслабленно полуприкрыла глаза. Натаниэль отхлебнул еще, решил, что хватит - мало ли. Они ведь остались здесь определено затем, чтобы ничего с глубинных троп не вылезло, хотя как они справятся с чем-то вроде огра вдвоем, Натаниэль не представлял. В крайнем случае, успеют предупредить. Он поёрзал, пытаясь устроиться так же удобно-расслабленно, как Элисса - не выходило. Где-то внутри утихало боевое безумие, но и не будь его, все равно невозможно было спокойно сидеть посреди огромной толщи камня. Огонек мага погас - в наступившей темноте, Натаниэль, к своему удивлению, видел - не как днем, примерно как звездной безлунной ночью. Тишина, которая Элиссу явно не беспокоила, Натаниэлю казалась мрачной и неестественной - так, что слышно не только свое, но и чужое дыхание. И он спросил в эту неестественную тишину.

-- А почему тебе влетело за Собрание Земель?

-- Потому что Стражи официально вне политики. Особенно - в Ферелдене, где София Драйден устроила такую заваруху, что двести лет потом Орден в страну не пускали. - Она тихонько хмыкнула. - А тут и полвека не прошло, как вылезаем мы с Алистером и начинаем судить-рядить, кому корона, кому плаха...

-- Что там случилось на самом деле?

Элисса долго молчала. Потом с явной неохотой выпрямилась, глаза блеснули в полумраке.

-- Лучше напиши эрлу Эамону. Геррину. Он меня с тех пор ненавидит, так что лгать не будет. Иначе придется верить на слово... и, боюсь, все снова окажется не так, как ты себе представлял.

-- Рискну, - хмыкнул Натаниэль. - И без того все уже не так.

Уж точно он не мог представить, что придется сражаться бок о бок, видеть ее каждый день - и не пытаться убить. По правде говоря, ему уже не хотелось ее убивать. Ненависть истлела, расползлась клочьями. Да и глупо желать смерти той, что дважды спасла ему жизнь и - что уж теперь - кому спас жизнь он.

Эамону он, конечно, напишет - просто для того, чтобы увидеть еще одну сторону медали. Но, похоже, до сих пор Элисса ему не лгала.

-- За что он тебя ненавидит?"

"-- За то, что отдала корону не Алистеру. - Она усмехнулась. - А у Аноры есть причины его не любить.