Враги народа

– То есть хочется самим разделять и властвовать?

– Не в этом дело… Хочется заявить о себе. Во весь голос. Показать, что ты все же не тварь, а право имеешь. Что ты имеешь силу изменить все.

– Взорвать самолет? Работать на врага, готовящего оккупацию? И все потому, что вокруг скучно и серо?

– Чтобы хоть что-то изменить. Есть люди, которые спокойнее дышат в хлеву. А есть те, которые задыхаются. Мы из вторых.

– А то, что страна строится. Жизнь лучше становится. Укрепляются рубежи. Все идет в гору, на подъем. Как говорит товарищ Сталин – жить стало лучше, жить стало веселее.

– Ему-то веселее.

– Народу. Голод, разруха в прошлом. Нормальное счастье нормальных людей.

– Это счастье овец.

– Конечная цель у вас какая?

– А какая конечная цель, – неожиданно взгляд студента просветлел. – Наверное, город Солнца. Идеальное государство с идеальными правителями. И наша жертвенность на этом пути.

– Ну и как, нравится теперь жертвовать собой?

– Не нравится. И больше всего не нравится, что я проявил малодушие. Надо было как Ломовик – головой вниз!

– Ну, не получилось. Теперь приходится отвечать на наши вопросы. И расплачиваться за содеянное."

"– Я не боюсь. Знаете, крах иллюзий куда страшнее смерти. Я больше не хочу жить. Я очень хотел быть кем-то. А быть никем… Так лучше вообще не быть…

– Ну, ты и заумный малый, – с уважением оценил я. – Если вы такие умные, почему занимались такой бесполезной деятельностью? Ну, взорвали бы еще один эшелон. Советской власти от этого не убудет.

– Удар за ударом. Удар за ударом… Ломовик был не дурак. У него был план.

– Какой план?

– Точечные удары по объектам промышленности. Хаос и недоверие к властям. Перебои в снабжении. Потом теракты в отношении представителей иностранных посольств. Сначала – французы и англичане. Потом немцы.

– Это-то зачем?

– Изоляция большевистской России. Если повезет, то война с Западом.

– Зачем вам война?

– Потому что именно война – это лучшее время для перемен. Это время сильных и отчаянных. Это наше время…

Да, недаром поначалу Ломовик назвал этот сброд «Философским кружком». Такие вот философы с такими умственными вывертами.

Остальные задержанные были попроще. Все из семей обиженных советской властью, одержимые жаждой мести и денег. Теперь пели соловьем о своих подвигах, надеясь на пощаду. Хотя вряд ли ее дождутся.

О результатах операции я доложил Плужникову вечером. Замнаркома был бледен – его мучили боли в спине. Это все революционная молодость, когда после рабочей стачки его долго и жестоко избивали жандармы, целенаправленно делая инвалидом. Молодой он был, здоровый, выкарабкался. Но боли приходят периодически, напоминая о бурном прошлом.

– Качественно по террористам отработали, – сделал он заключение.