Лучшие враги

Если смотреть трезвым взглядом, а он у меня вдруг протрезвел!

В голове мелькнул нежданный образ, как мы целовались с Калебом, и я с таким энтузиазмом попыталась закинуть ему на пояс ногу, что на новом платье затрещал подол. Другими словами, мой женишок воспользовался ситуацией и прижал меня к кухонному прилавку! Потакать желаниям девушки в приворотном опьянении так же низко, как… как… Низко, в общем.

– Куда ты делся?! – рявкнула в пустоту. – Я приду тебя проклинать!

Вопрос был риторический, ответа на него никто не ждал, но Калеб отозвался четко и спокойно, словно стоял за спиной.

– Я в своем кабинете, Эннари, приходи.

От неожиданности я подавилась, закашлялась и вдруг обнаружила, что энергично жую горькие розовые лепестки. Бутон оказался наполовину общипанным, словно я превратилась в голодную козу! Спасибо темным демонам, вовремя успела остановиться и не начала обгладывать черенок с шипами.

– Гадость какая!

Скривившись от отвращения, я швырнула розу в вазу без воды и замерла от возникшей догадки: стоило понюхать… ладно, слопать цветок, как меня моментально отпустила любовная лихорадка.

– Да быть не может… – протянула я и наклонилась, чтобы снова втянуть воздух возле завядшего цветка.

– Может, – раздался сверху голос Калеба.

– Ты еще на связи?!

– Ты же ее не разорвала.

– Готовься! – пригрозила я и, неся за собой шлейф из теней, покинула покои.

Кабинет Грэма раньше принадлежал пресветлому и находился на первом этаже, сразу после семейной галереи. С этой комнатой, как и со многими в замке, у меня тоже были связаны кое-какие воспоминания. Однажды я спряталась от Эбигейл в шкафу, а потом пришлось ждать, когда Калеб уйдет. Вылезать из убежища при свидетеле было стыдно, но он словно пустил корни в кресло и несколько часов не выходил из-за стола. Что-то писал, чертил и читал, будто специально хотел меня помучить. В конечном итоге я так утомилась, что заснула, а когда открыла глаза поздним вечером, обнаружила себя накрытой пледом. Вряд ли это сделал Вайрон.

Я ворвалась в кабинет, и в сторону Калеба, сидящего за письменным столом, мгновенно полетел сгусток темной магии. Светлый чародей никак не пытался развеять проклятие и не моргнул глазом, когда шар остановился практически у его лица. Внутри пузыря беспрерывно перетекал подвижный черным дым.

– Пожалуйста, – прокомментировал жених, намекая на розу.

В голову пришла непривычная мысль, что мужчину, спасшего невесту от любовного помешательства, проклинать неловко, но я из принципа не пожелала признать, как сильно он облегчил мне жизнь:

– Любовная лихорадка прошла бы через пару дней сама собой!

– Это были бы чудесные дни, скажи? – сыронизировал он.

– Не хуже остальных! – отрезала я.