Кровные враги

Сесилия выпила слишком много настоя валерианы, чтобы подняться с постели. Сейчас она была с дочерью, заглянула к ней ранним утром, как только закончилось действие целебного корня. Всем им только и не хватало, чтобы именно сейчас явился Пол Скорби.

— Капитан Арчер, этот парень утверждает, что привез весточку от вашей жены, — сообщил Алфред и грубо стянул с головы пленника капюшон.

— Джон! — воскликнул Оуэн.

— Ага, капитан Арчер. Это всего лишь я, а никакой не разбойник.

— Вы его знаете? — удивился Алфред.

Оуэн грохнул чашкой о стол.

— И где архиепископ отыскал вас, ребята? Вы что, хватаете каждого, кто подходит к воротам?

— Слишком рано для визитов честных путников, — заскулил Колин, отчего Оуэн пришел в еще большую ярость.

— Слишком рано, говоришь? — сердито повторил он. — А что, разве есть какой-то приказ, запрещающий подходить к дому в определенные часы?

Колин дернул плечом.

— Я скакал во весь опор, капитан, — пояснил Джон.

Действительно, вид у него был неважный: мокрая одежда, заляпанная грязью, красный нос, налитые кровью глаза.

— Надеюсь, ты не ехал ночью?

— Не-а, я не настолько хорошо знаю местность. На ночь я устроился в пустой лачуге.

— Разве миссис Уилтон не дала тебе пару монет на гостиницу?

— Ну да, капитан, дала, конечно, но я люблю держаться подальше от странников.

Оуэн плохо знал этого конюха, но ему было известно, что Джон не любит вдаваться в объяснения, поэтому Арчер принял этот странный ответ без дальнейших вопросов.

— Молодец. Когда передашь, зачем приехал, эти двое громил отведут тебя на кухню и ты будешь хорошо вознагражден.

Джон отдал Оуэну седельный мешок и письмо.

— Мешок принадлежал мастеру Ридли, да покоится он с миром. Миссис Уилтон сказала, чтобы вы сначала прочли письмо.

— Она здорова?

— Ну да, капитан. И в лавке все хорошо. Это дело не имеет отношения к аптеке.

— Хорошо. Я посмотрю, что ты привез. А теперь ступай с ними на кухню. — Оуэн, довольный тем, что охранники вежливо пригласили Джона следовать за ними, тут же взялся за письмо.

То, что он прочитал, ему не понравилось. Мышьяк в лекарстве. Он вспомнил, как туманно Сесилия Ридли ответила на вопрос, какое снадобье принимал ее муж. Нет, Оуэну все это определенно не нравилось. Неужели он до сих пор ошибался насчет Сесилии? Или среди домочадцев кто-то еще ненавидел хозяина?

Святые небеса, как он мог взяться за это дело? «Миссис Ридли, почему вы травили своего мужа?» Здесь бы действовать Йоханнесу, вот кто был бы на месте.

Оуэн продолжал читать письмо, из которого узнал, что Джаспер исчез, оставив на стройке лишь плащ. Будь проклят этот Торсби. Оуэн ведь предупреждал его, что мальчику грозит опасность.

— Что не так? — спросила Сесилия."

"Оуэн даже вздрогнул от неожиданности.