Кровные враги

Тут его толкнул какой-то прохожий, колени у него подогнулись, земля ушла из-под ног. Чья-то рука его подняла, словно издалека прозвучал женский голос:

— Ты что, бродяжка? Как только тебя впустили в город?

Он направился к заставе Бутам в надежде незаметно выскользнуть из ворот, спрятавшись за какую-нибудь повозку: теперь он вспомнил, что делал так в прошлый раз. Он не хотел, чтобы его заметили. Кое-кто из стражников его знал и мог обратить внимание, что он вышел из города.

Но когда Джаспер дошел до ворот, никаких повозок поблизости не оказалось. Стражник, прищурившись, принялся разглядывать его, словно вспоминая, где мог видеть этого мальчишку раньше. Наверное, он стал таким грязным, что его не узнать. Или порез на щеке изменил его внешность. Да еще лицо справа вроде бы припухло. Наверное, это была хорошая маскировка."

"Маскировка. Хна. Прогулка с капитаном Арчером по лугу Святого Георга. Джаспер отчетливо вспомнил тот день, когда он был очень счастлив. Хорошо, хоть что-то всплыло из прошлого. Капитан Арчер ни за что не простит ему смерть Джона. Да и разве они поверят, что Джон сам заманил его туда?

Джаспер выскочил за ворота. Вместо того чтобы идти к аббатству и дожидаться у двери нищих, он мог бы добраться до дома Магды Дигби. Но нет. Нельзя никому доверять. Этот урок он хорошо усвоил.

У северной стены аббатства уже собралась толпа. Джаспер присел под дерево возле однорукого человека и женщины с двумя младенцами, спрятанными под разорванным плащом. Он слышал о близнецах, особом благословении Божием. Но по виду этой женщины никак нельзя было сказать, что она чувствует Божию благодать. Провалившиеся невыразительные глаза, отвисшая нижняя челюсть, открывавшая редкие гнилые зубы. В лице — ни кровинки, просто обтянутый кожей череп. Полное истощение. Почему Господь подарил этой женщине двух младенцев, когда у нее и без того не было сил?

Нет. Нельзя сомневаться в божьей справедливости. Это из-за слабости и боли в голову приходят такие мысли.

Джаспер заморгал, но глаза все равно закрылись, и ему приснилась эта печальная мать. Младенцы сосали ее грудь, а она уменьшалась на глазах, словно они высасывали из нее не только молоко, но даже кости, и через секунду женщина исчезла. Младенцы принялись кричать.

Когда Джаспер открыл глаза, младенцы кричали, но их печальная мать по-прежнему держала их под своим плащом. Мальчик поднял взгляд. У края толпы стояла великанша и смотрела прямо на него. Джаспер закрыл глаза и потряс головой, после чего снова взглянул в ту сторону. Женщины уже не было.

Конечно не было. Она ведь ему приснилась.

Зато та, которая на него напала, сделала это наяву, а не во сне. Наверное, это была она.