Кровные враги

Джаспер стоял на дрожащих коленях, чувствуя, как в ногу впивается щепка от грубо обтесанной деревянной доски.

На секунду лицо женщины осветил мигающий свет. Она внимательно вглядывалась в Джаспера.

— А я ведь еще той ночью знала, что ты идешь за нами, — ты не догадывался? — Ее голос звучал спокойно, словно она вела обычную светскую беседу. — Я заметила тебя еще там, у таверны, а когда мы пошли с Уиллом Краунсом, то спиной почувствовала, что ты идешь следом. Такой честный мальчик. — Она погладила его щеку лезвием ножа. — Позже я узнала, что твоя мать умирает. Красавица Кристин. Уилл Краунс хотел на ней жениться, знаешь ли. А я просто с ним заигрывала, чтобы в нужный момент заманить его в ловушку. Точно так я использовала Джона, чтобы добраться до тебя.

Джаспер охнул.

— Да, он знал, что я здесь, но думал, будто я хочу открыть тебе какую-то тайну, вот и привел сюда. А у меня были другие планы.

Джаспер сквозь слезы попытался разглядеть своего друга. Значит, Джона обвели вокруг пальца.

— Он мертв?

Женщина усмехнулась.

— Глупо убивать своего любимца, согласен? А ведь и ты мог бы стать моим любимцем. — Она снова ласково провела лезвием ножа по его щеке. — Если бы ты только держал язык за зубами, мальчик. Я не собиралась рассказывать ему о том, что ты все видел. Какое мне до этого дело? Не я ведь убила Уилла Краунса. Его погубила собственная жадность. Он был не таким храбрым, как ты, Джаспер. Совсем не таким храбрым.

Она поднесла фонарь так близко к Джасперу, что его опалил жар. Мальчик подпрыгнул, а женщина рассмеялась и отвела фонарь в сторону.

— У тебя были такое хорошенькие светлые кудряшки. Этот рыжий цвет идет тебе меньше. — Она подбросила локон острием ножа. — Какой милый мальчуган. — Еще секунду назад она смеялась, а теперь нахмурилась. — Ну как можно ранить такого милого ребенка? — прошептала она, дотрагиваясь острием ножа до щеки Джаспера. Он почувствовал укол, а потом влагу. — Я ведь тебя предупреждала, что в следующий раз у меня будет острый нож с хорошим лезвием.

Джаспер поднес руку к лицу. Порез был небольшой, но кровоточил сильно.

— Ты меня убьешь? — спросил он.

— А как, по-твоему, я должна поступить, сладкий мой? На мне такая же вина, как и на нем. Ни я, ни он не убивали, но мы приговорили их к смерти. — Ее взгляд скользнул по телу мальчика, нож опустился вниз, зависнув над пахом. — Мы так славно развлеклись, планируя это. Он такой крепкий мужчина. Не знаю, станешь ли ты таким же когда-нибудь."

"Джаспер почувствовал, как по ногам струится влага. На этот раз не кровь, а моча. Женщина то ли увидела темное пятно, то ли почувствовала запах, потому что рассмеялась.

— Страх всегда унизителен. Нам бы следовало спросить Уилла перед смертью, обмочился ли Иисус, когда оказался на кресте.