Новый враг

Зато у нас теперь есть подавитель Токугава.

– С паршивой овцы… – процедила она. – Ладно. Если это всё, пора возвращаться домой. Завтра утром тебя ждёт спарринг с Каджо, хочу удостовериться в твоей силе, потом будем разбираться с финансами рода, а вечером приём у Отомо.

И, так и не посмотрев на по-прежнему активированный артефакт, поднялась с колен на ноги. До сих пор поражаюсь способности некоторых японцев часами сидеть на коленях. Вслед за старухой поднялся и я, не забыв подобрать куб, протянул его старухе и дождался, когда она ещё раз приложит кольцо к выемке на артефакте. Чем хороши устройства Древних, так это тем, что они следуют простой человеческой логике. Раз кольцо активировало артефакт, оно же и деактивирует. Подумал я об этом уже после того, как голограмма потухла, а ведь я и знать не знал, что всё получится, просто действовал, исходя из собственной логики. «Вкл. – выкл.» должен быть одинаков, а то включение – прыжок, а выключение – пение как-то бредово выглядит.

– Кстати, – вспомнил я, когда мы уже вышли из храма и подходили к машине. – Я ж тебе ещё одну важную вещь забыл сказать.

– Видимо, не такая уж и важная, раз забыл, – произнесла старуха, не останавливаясь.

– Ну, это с какой стороны посмотреть, – пожал я плечами. – Сато Казуки, паренёк, которого я принял в слуги. Если со мной что-то случится, он следующий кандидат для принятия в род.

– Что? – остановилась она, повернув ко мне голову.

– Он такой же, как я. Патриарх.

– О, боги! – простонала она, начав тереть виски.

– Молодой, конечно, слабенький, но тем не менее.

– Боги, боги, боги, – продолжала она бормотать, потирая виски.

Глава 4

Ритуал «Подтверждение чести» требует присутствия члена рода со своими слугами на этом самом ритуале – всего одного, но он должен быть. Эта информация, общеизвестная для тех, кто вообще знает о ритуале, дошла до Анеко далеко не сразу. Но когда дошла… Сначала пришло понимание того, что Синдзи скоро уедет на целый год. Потом – куда именно уедет и что будет там делать. Сказать, что у нее замерло сердце от страха, было бы неверно, но тревога определённо появилась. И чем ближе был день отъезда, который он озвучил на её дне рождения, тем сильнее она была."

"За день до своего отбытия Синдзи позвал к себе друзей попрощаться. В непривычно людный особняк, который на время приютил не только его, но и Аматэру Атарашики со слугами, приехали и они с братом, и троица из школьного клуба разгильдяев, – он же клуб Разведки, – и рыжая Кояма, и даже – что стало для Анеко полной неожиданностью – Акэти Торемазу с подругой. Вела она себя достаточно адекватно, хотя и было забавно видеть, как меняется выражение её лица, когда Син рядом и когда он по той или иной причине отлучался.