Новый враг

Мизуки помогает иногда – только ее я и могу допустить до своих вещей, но она тоже не бездельничает целыми днями. Особенно после того, как заявилась ко мне с флешкой, переданной матерью. С тех пор, ответственно заявляю, пашет она, как папа Карло, дни напролет. Времени разобраться с информацией на флешке у меня нет, поэтому приходится пока тупо загружать ее физическими упражнениями, что не просто, учитывая ее выносливость. Вот разгребу немного дела и займусь рыжей.

Оставив в покое коробку, в которую я собирал вещи, отправился открывать дверь. По сути, выбор того, кто мог меня навестить не сильно большой – либо девчонки, либо Кагами. Но я ставлю именно на Кагами. Шина вряд ли придет, а Мизуки у меня на базе.

– Здравствуйте, Кагами-сан, – произнес я, открыв дверь. И тут же напрягся. – Что с вами?

Никогда, ни разу в жизни я не видел Кагами такой… потухшей. И это не из-за переезда. Я уже общался с ней после того, как сообщил о своём решении. Она, конечно, расстроилась, но выглядела после этого скорее раздраженной.

– Синдзи… – сглотнула Кагами.

– Что случилось? – спросил я, немного паникуя. Сам такого от себя не ожидал, но видеть ее в таком состоянии было крайне некомфортно. – Просто скажите, Кагами-сан, я разберусь.

– Шину похитили…

Глава 12

Признаться, эта жизнь снова сумела меня удивить. Не по мелочи, что случается часто, а так, чтобы конкретно офигеть. После слов Кагами я непроизвольно выпустил поисковую волну, но закономерно не почувствовал своей метки, которая до сих пор стоит на Шине. А это означает, что в радиусе трех километров ее нет[1].

– Проходите, Кагами-сан, не стойте на пороге, – посторонился я.

– Синдзи…

– Прошу, Кагами-сан, проходите, – взял я ее за руку и слегка потянул на себя.

Она пошла за мной, как сомнамбула, пришлось лично усаживать ее на диван. Я же после этого пошел делать чай. Клин клином, как говорится, может, придет немного в себя, попробовав моего великолепного чая. Пока заваривал, думал над тем, почему она пришла ко мне, и, как мне показалось, дело в том, что она просто не могла показать свое состояние семье. Ни поплакать, ни побледнеть – ничего. Ибо Кояма Кагами всегда должна быть тверда, как кремень. Только вот на деле она все еще женщина, у которой украли ребенка.

– Выпейте, Кагами-сан, – поставил я перед ней чашку.

А сам пошел за новым стаканом и пакетом сока. Когда вернулся, был встречен словами:

– Это ужасный чай, Синдзи.

– Тогда выпейте сока, – наполнил я стакан и передал Кагами. – Рассказывайте, – сел я напротив нее. – Мне нужно знать как можно больше. Все, что вы можете рассказать.

– Мы отпустили ее в караоке с подругами, – произнесла она глухо. – Там ее и похитили.

Караоке? Вот дерьмо.