Новый враг

Некая самоубийственная техника, о которой информации нет, на одном из клановых мероприятий, и четыре пятых всех аристократов клана отправились на тот свет. Это история о самой удачной мести, но есть и другие, менее значимые. После того случая враги клана не стали ждать, пока те очухаются, спас их тогда император, и на клане Табата до сих пор лежит клеймо единственного подконтрольного лично императору клана, хоть доказательств как таковых и нет. Я не умею читать мысли и знать не знаю, что там у вас в голове творится. Конечно, такое, как с Табата, вряд ли произойдет, но мне на ближайшее время риска и без того хватает. Можете считать меня параноиком, но согласитесь – для вас это очень удобно. Так что думайте, времени у вас аж полгода, но если решите присоединиться ко мне, это будет ваш и только ваш выбор. Который, я надеюсь, пойдет на пользу нам обоим.

* * *Светло-серое кимоно и такое же светлое, но чуть другого тона, хаори – это тот выбор, на котором я остановился при выборе одежды для похода к Охаяси.

– Приятно познакомиться, Сакурай-сан, – приветствовала меня Ида Шмитт."

"В принципе, у стоящей напротив меня брюнетки можно найти азиатские корни, но это если их искать. А так, как и говорили Шмитты – весьма приятная тян… то есть молодая фройляйн. Сиреневое кимоно в цветочном мотиве ей однозначно шло. Больше, чем некоторым японкам. А небольшой веер дополнял композицию.

– Аналогично, фройляйн Шмитт, – слегка кивнул я. – Этот наряд вам очень идет.

– Вы мне льстите, Сакурай-сан, – потупилась она в смущении.

– Нисколечки, но вот с выражением эмоций вы слегка переигрываете.

– Хм, учту, – нахмурилась она чуть-чуть. – Я слышала, слегка гипертрофированные эмоции присущи японцам.

– Только в кино, фройляйн Шмитт, – вздохнул я, – в жизни же все как у всех.

– Оу, – прикрылась она веером, – как же так?

– Я слышал, за пределами моей страны распространены бесконечные патроны, – пожал я плечами. – Впечатляющий военпром.

– Туше, – хмыкнула девушка.

– Заканчивайте с подколками, – встрял Джернот. – Во всяком случае, дома.

Мы, если что, находились у него в магазине, который как-то незаметно превратился в штаб семьи Шмитт.

– А на приеме, значит, можно? – спросила Ида.

– И там не надо, – хекнул старик. – Тем более с другими людьми. Тебе, как иностранке, спустят с рук некоторые вещи, но нарываться не стоит.

– Как скажешь, дедушка, – поклонилась она.

– Надо звякнуть твоему отцу, – покачал головой Шмитт.

– Зачем? – помахала веером Ида.

– Уточнить, когда тебя последний раз пороли.

– Эм… – отвернулась она, продолжая нервно помахивать веером.

Серьезно? Она настолько несносная?

– Герр Шмитт? – повернулся я к нему.

– Ох, не волнуйся, девочка различает работу и развлечения, да. Ведь так? – глянул он на внучку.