Новый враг

Проучись эти трое подольше в Дакисюро, и такой проблемы не было бы, но вот первогодки как-то тупят. То, как выразилась сейчас Цугару, было и для простолюдинов… грубовато, а уж для благородных и вовсе. Ничего смертельного, но явно обидно. Особенно на японском, с их непереводимыми приставками и дополнениями, выражающими отношение к собеседнику. Дакисюро – особая школа, на здешние отношения детей родители часто закрывали глаза, но это работало и в обратную сторону – кто сильней, тот и прав. И если эти трое думали, что их число остановит Мизуки, то они сильно просчитались. Гоп-мод рыжая применяла с той же частотой, что и «ня-кавай» и «девочка-дурочка».

– Слышь, курва, – встала Мизуки, – чё-то я не втопила, ты чё, нарываешься? А ну-ка отойдем, поговорим, – подошла она к брюнетке и, обхватив ее за шею, потянула в сторону от стола. Прихватив по дороге и фиолетовую Корэмунэ, которая как бы и не при делах.

Напомню, приплетать родню к своим делам в Дакисюро не то чтобы запрещено или там позорно, просто использовали такой ход лишь в крайних случаях, и не факт, что родня отзовется. Но Мизуки… никогда не слышал, чтобы она хоть где-нибудь ссылалась на свой клан и род, а вот сестрой, если что, она пугать не брезговала. Меня в первую очередь. Но и в прошлой школе как минимум один раз, о котором я слышал, такое было.

Что она там нашептывала девицам, которых обхватила за шеи, я не слышал, да и не старался, а вот сбледнувшую с лица Такахаси, которая пошла полюбопытствовать к ним, наблюдал очень четко.

– Ну вот и отлично, – похлопала она девушек по плечам. И вернувшись за стол, объявила: – Они решили не прогуливать клубные занятия, – и вновь переключившись на свой обычный образ, вскинула руки. – Глобус ждет нас!

* * *Клуб лепки не уточнял, из чего конкретно здесь лепят, но по тому единственному разу, что я здесь был, могу с уверенностью сказать – глина и гипс там точно присутствуют. Постучав в дверь, дождался, когда мне откроет Макинами, которая, глянув кто пришел, молча запустила меня внутрь. Внутри было пусто и тихо; кроме самой Макинами и смотрящей на меня широко открытыми глазами Акэти, стоявшей посреди комнаты, там не было никого. Что уже настораживает.

– Вам надо разобраться, так что иди, – слегка подтолкнула меня к маленькой Акэти большая рыжая.

Охо-хонюшки, чувствую неприятности.

Медленно подойдя к миниатюрной брюнетке, отметил краем глаза стоявшую на одном из столов банку энергетика. Причем ту, что берут для себя бахироюзеры. Ну и от самой Торемазу исходил очень слабый аромат спиртного. Нехило она подготовилась.

– Привет, – выдавил я из себя, так как сама девочка стояла молчаливой статуей.

– П-п-п-п… – все-таки попыталась она ответить. – Привет!

Прогресс, однако.