Мой желанный враг

Признаюсь!

Автомобиль ехал на удивление размеренно. Видимо, Загорский был расслаблен и спокоен. И только его сильные, загорелые руки, нервно скользящие вверх и вниз по рулю позволяли сомневаться в этом.

Когда машина въехала во двор и остановилась, я схватила сумочку, вцепилась в ручку двери, но поняла, что не могу вот так уйти. Обернулась и посмотрела ему в глаза. В них стояла горечь, а мне нужны были ответы.

Что такое между нами было? Что это, вообще? Что мне теперь думать? Как дальше жить?

Меня невыносимо тянуло к этому мужчине – пугающему, внушающему ужас, бросающему в меня унизительные слова и оскорбления, к этому обаятельному, харизматичному, беспощадному монстру. Мне казалось, что я разглядела в нём что-то потаённое, что-то спрятанное от посторонних глаз, что-то человечное, и это было единственным, что останавливало меня.

Возможно, не будь Вика, не будь моей к нему благодарности, не поторопись мы со свадьбой, всё могло бы быть по-другому?

Да или нет?

Мне нужно было услышать ответ.

Но Марк поморщился, как от терпкой оскомины, и металлическим жёстким голосом произнёс:

- Беги от меня. Лучше убегай, Полина. – И будто ему стало трудно дышать, уже громче добавил: - Беги!

И ударил по рулю.

Меня не нужно было упрашивать."

"Я выбежала из машины, влетела в дом и помчалась наверх. Содрала с себя одежду и вступила под прохладные струи воды. Я стискивала челюсти и приказывала себе не реветь. Смывала с себя его запах, его прикосновения, вкус его губ и тёрла, тёрла, тёрла кожу мочалкой. Соскребала с себя его пот, но не могла соскрести с себя его сумасшедший взгляд - тот успел прорасти в меня, распространиться под кожей, всосаться в кровь, отравить каждую клетку.

Моё тело дрожало от воспоминаний о том, как оно плавилось в дикой магме соблазна и искушения, как сгорало от страсти и наполнялось до краёв удовольствием, равным которому не было в моей жизни. Загорский – он как адова печь, и я сегодня без страха сунула в неё руку. Всего лишь руку, а сгорела целиком. Сгорела. И отдала этому дьяволу свою душу.

- Поль! Поля! Полинка! – Донёсся до меня голос Вика из комнаты.

Я лихорадочно закрутила барашек крана, вышла и закуталась в полотенце.

Как сказать ему? Сразу? Или подготовить? Может, спросить для начала, чем он занимался там, у себя в кабинете? Хотя, если это правда, то чем я лучше, чем он? Могу ли я предъявлять теперь ему какие-то претензии?

- Полька!

Я едва успела накинуть халат и затянуть пояс, как Вик ворвался в ванную и подхватил меня на руки.

- Поль! – Воскресенский стиснул меня в своих объятиях.

И я невольно потянула носом запах с его шеи. Ничего. Только его парфюм.

- Родная, ты бы предупредила, что придёшь, у меня ведь сегодня совещание было! – Он запечатлел на моих губах нетерпеливый поцелуй.