Воин-Врач II

Но чувство, что ноги несут тебя, скользя, над поверхностью блестящего льда, все больше и больше набирая скорость, и вправду чем-то сродни полёту. Понятно, что сломанные лезвия мечей и сабель, приспособленные на скорую руку Свеном под крепления к сапогам и валенкам — это не настоящие коньки, и выписывать настоящие пируэты в них чревато и опасно. Но хватило и этого.

Час примерно мы с мужиками привыкали и тренировались. А потом взяли клюшки и попробовали поиграть. Ясно, что на настоящий, привычный мне хоккей, это походило, как рваный скачущий полёт бабочки-капустницы на величественно-гордую траекторию стратегического бомбардировщика. Но для этого времени, для этих, сильно не избалованных зрелищами и досугом в целом, людей хватило с лихвой и этого эрзаца. Лютовы парни требовали немедленно рассказать, где взять эти острия для ног, чтобы летать по льду птицами. Янкины вопили, что мы все сплошь криворукие и косоглазые, и что шайбу вколотить в установленные с двух сторон площадки вместо ворот тулупы они смогли бы и с закрытыми глазами. Ждановы просто орали, да так, что, казалось, лёд начинал жалобно потрескивать под ногами.

Презентация прошла успешно крайне. И выявила сразу несколько «тонких» мест. Нашей ледовой арене явно не помешали бы трибуны. И шатры какие-никакие, чтоб народ сопли не морозил на ветру. И вообще, по мелочи. Но об этом надо было подумать явно дольше и внимательнее, чем просто по пути от площадки к раздевалкам. А, да, раздевалок-то тоже не было. Непочатый край работы, в общем.

— Это, отче, спорт. Ну, как Олимпийские игры у латинян. Только у них бег, мордобой, скачки и когда швыряют чего-то там, не то копья, не то тарелки, — пояснял Всеслав вечером."

"— Тарелки⁈ — ахнул Ставр, оторвавшись от куска. Сидели за столом, привычно уже обсуждая за ужином случившееся за этот день и планы на следующий. — Там бабы, что ли, были у них? Кто ж ещё-то удумает посудой швыряться?

— Не, вроде мужики только, — без уверенности ответил Чародей. — Они там по-первости вообще голяком выступали. Если б там бабы были, игры бы вышли не Олимпийские, а олимписькины.

Гарасим со Жданом фыркнули совершенно одинаково, облившись пивом. Глаза Гната приобрели некоторую загадочность. Видимо, перед ними в его мыслях разворачивались те самые игры, и там было, на что посмотреть. Янко-стрелок хранил национальную невозмутимость, только уголок рта, правый, чуть уйдя наверх, давал понять, что трансляцию они с Рысью, пожалуй, смотрели одну и ту же. Иван с дедом Яром заржали в голос, став похожими друг на друга, как близнецы.

— Так и в чём же польза? — отдышавшись и утерев слёзы, спросил заинтересованный патриарх.

— Ну как же, — начал перечислять князь, — мужики при деле, и при этом смертоубийства не чинят — уже целых две пользы.