Вперед в прошлое 9

— Господи, это ж с ума можно сойти… Не с моими нервами в таком участвовать! А если бы сгорели акции? Это все равно что дом проиграть!

— Если здраво оценивать риски, то не так страшно.

Про память взрослого я, конечно, умолчал.

— Как… ну как ты их оценишь, когда в стране творится такой беспредел!

— Да элементарно. Вот ты растишь кабанчика на убой, так?

Бабушка нахмурилась, кивнула, я продолжил:

— Ты же не станешь его резать, пока он не вырос и не ожирел?

— Не стану.

— Вот и «МММ» так же! Сперва нужно, чтобы кабанчик, то есть народ, ожирел, почувствовал, что система работает, поверил в нее и потащил им последние деньги. Сейчас как раз начал накапливаться жирок. Еще, наверное, месяц, может, два, и можно резать. Понятно?

— Ну-у, если так — то да, — сказала бабушка.

Залаял Боцман, известив о том, что приехал Антон Анатольевич.

— Пять миллионов, — ворчала бабушка. — В конверте под половицей. С ума сойти! — Она посмотрела на меня, как на инопланетянина, качнула головой. — Мой внук за полгода стал миллионером!

И мне, и себе бабушка сделала мешки на резинке, которые надевались под одежду и крепились к голому телу. Туда мы деньги и положим. Бабушка была одета в брюки и свободную молодежную кофту с широкими плечами, под которой не разглядеть эти мешочки.

Накинув куртку, она перекрестилась на образа, взяла зачехленное ружье, обернув его пледом, чтобы не пугать водителя. Ее шестьдесят акций лежали во внутреннем кармане куртки и в сумке, у которой десятки отделений.

С этим свертком бабушка уселась позади, я — рядом с водителем, который не заподозрил, что сзади — женщина с ружьем.

— Центральный рынок, — распорядился я и добавил: — Потом, когда мы вернемся, поедем дальше.

О том, что придется прокатиться по разным городам, водитель был осведомлен. Я мысленно прокрутил в голове маршрут: предположительно два пункта продажи акций в одном курортном городке, два в другом — минус сорок акций. Один в городке, что будет на пути в областной центр (а может, и нет там ничего, глушь ведь) — минус десять акций. И как минимум четыре пункта в областном центре — минус сорок. Ну и у нас в городе минус двадцать акций.

Должны продать все. Как пойдет, сколько в каком городе будет пунктов продажи и будут ли они там вообще — вопрос. Должны быть!

При самом плохом раскладе уж двадцать с чем-то акций точно продадим — столько мне нужно для того, чтобы купить приглянувшийся участок.

— С богом, — проговорила бабушка, и Антон Анатольевич завел мотор.

Машина дернулась, чихнула, но завелась. Я напрягся, спросил:

— Точно мы по пути не поломаемся? Обидно будет, если встанем, когда столько срочных дел в разных городах.

…и карманы набиты деньгами.