Вперед в прошлое 9

Вспомнилось, как Верочка расплакалась, когда я сказал, что мы сняли для нее квартиру. Наверное, и сейчас расчувствуется.

Лихолетова подошла ко мне и заискивающе заглянула в глаза.

— Я знаю, ты можешь добыть ключи от кабинета русского, чтобы мы попали туда раньше Веры Ивановны. Иначе сюрприз не получится.

Я почесал макушку, кивнул:

— Постараюсь. Боря, оставайся тут, встречай остальных и скажи, чтобы нас не ждали. Саша, Рая, идем, дрэк уже должен быть у себя.

* * *Войдя в класс, Вера Ивановна сразу же глянула на доску, куда мы с Гаечкой прикрепили ватман с огромными буквами написано «Спасибо, что остались с нами!» Улыбнувшись, учительница повернулась к классу, хотела что-то сказать, но мы дружно поднялись и принялись аплодировать, скандируя:

— Спа-си-бо!

Лихолетова заблаговременно раздала всем бумажные хризантемы, и мы один за другим подошли к учительскому столу и положили туда по цветку. Даже Баранова и Райко участвовали. Даже опоздавший Карась, выписавшийся из больницы. Весь стол укрыли цветы.

Верочка смотрела на нас, приоткрыв рот, и не находила слов. Ее раскосые глаза блестели, но она посчитала неприличным пустить слезу при учениках и держалась. Когда все расселись по местам, учительница не знала, что делать, глянула на цветы, на нас, снова на цветы и прошептала, приложив руку к груди:"

"— Спасибо вам, ребята. Так поддержали! И за встречу спасибо, и за… возможность остаться. — Она отыскала взглядом меня и дальше говорила, будто бы обращаясь к одному мне. — Я полюбила этот город и эту школу. И летнее море, и южный лес. Думала, все, пора уезжать в морозы… А теперь точно останусь, буду бороться за свою мечту.

Гаечка зааплодировала, весь класс ее поддержал в едином порыве. Даже Баранова была с нами солидарна. Все любили эту маленькую хрупкую женщину.

Подождав, пока мы затихнем, она глянула на доску и сказала строгим тоном:

— Но делу — время, потехе — час. Давайте сперва поговорим о Шолохове, а потом — о его рассказе «Судьба человека». Но поскольку я сегодня добрая, тем, кто его не читал, «двойки» не поставлю. Итак, кто не читал? Покайтесь, и отпущу ваши грехи.

Донеслись смешки. Руки подняли Карась, который болел, и лодырь Заславский.

Биографию Михаила Александровича захотела пересказывать Баранова. Излагала она складно, получила заслуженную «пятерку», а потом случилось чудо: Желткова вызвалась анализировать произведение.

— Тише! — воскликнул Памфилов, приложив палец к губам — класс замер, прислушиваясь, и Ден объяснил: — Раки на горе свистят!

Грянул смех. Я показал ему кулак, и он хлопнул себя по губам.

— Люба, ты хочешь отвечать? — удивилась Верочка — Любка кивнула. — Ну, давай.

Желткова встала с гордым видом, отдернула юбку и пригладила ёжик волос.