Вперед в прошлое 8

Что они производят?

— Акции, — ответила она, положила на стол лист бумаги и нарисовала график прибыли, как в рекламе про Лёню Голубкова. — Вот смотри. Сто тысяч. Следующий месяц — двести. Через полгода — полмиллиона, а может, и миллион! Где еще ты столько заработаешь?

Ну, понятно. Взялась мне пропагандировать «МММ». А еще ее слова пробудили в сознании ощущение, что это неправильно, так быть не должно.

Что — «это»? Как — «так»?

— Год эта компания не просуществует. Может, и полгода не протянет… И вообще. — Я глянул на часы на стене. — Мне надо на час-другой отлучиться. Я подумаю о твоих фантастических акциях.

Мама сжала челюсти от злости. Она мне тут серьезные вещи рассказывает, а я, дурачок… Наверняка ведь думает, что я маленький и глупенький, жаль, себя со стороны не видит.

Наташка, которая все это слушала, стоя в проеме двери, закатила глаза, покрутила пальцем у виска и сжала горло — типа, совсем мама крышей повредилась.

Если бы я точно знал, когда накроется «МММ», можно было бы поиграть с их акциями, ведь есть люди, которые на этом заработали. Но эта информация пропала из памяти. Потом я что-то читал про митинги обманутых вкладчиков, но когда это происходило — большой вопрос. Дотянет ли «МММ» хотя бы до лета? А до весны?"

"Одно знаю точно: через пару месяцев маму надо — в смирительную рубашку, а акции — в обменные пункты или как они называются. В прошлой реальности в нашей семье не было денег не то что на акции — лишнюю булку хлеба купить, все это — от излишеств.

Семья… Интересно, как там отец и беременная Лялина. А Ликуша? Вот кого жаль, жила себе девчонка, а тут пришел узурпатор жизни учить, сейчас еще и заставят сидеть с младенцем. Один выход — поступать и сбегать в общагу, иначе заездят.

Я вышел в прихожую обуваться. Мама последовала за мной, говоря:

— Паша, ты только представь: миллион! Это ж все купить можно и на лето, и на зиму! Тысяча долларов!

Знала бы она, что столько же я рассчитываю зарабатывать в месяц! Но, вижу, знать ей об этом необязательно.

— Очень интересно, — сказала я, шагая к двери. — Я подумаю.

Мама улыбнулась, а из ее глаз на меня глянула… не мама, нет, совершенно безмозглое существо, которое ради цели готово на все: отречься от близких, продать фамильные драгоценности, заложить квартиру. Никто ничего не понимает! Деньги должны работать! Ну да, заложила, но через полгода можно три таких квартиры купить!

Аж плечо самопроизвольно дернулось — то ли от того, как изменилась мама, то ли от ощущения неправильности происходящего. Надо найти и перепрятать документы на квартиру — на всякий случай. Не хватало еще идти бомжевать. Сейчас наличие прописанных детей — не повод для отказа в продаже квартиры, так что провести сделку вполне можно.