Вперед в прошлое 7 (СИ)

Ясенево — предпоследняя станция оранжевой ветки, и мне снова досталось место, да в самом конце вагона, вонять гнилью было особо некому. Если меня так будет накрывать, то я рискую сдохнуть в метро, в толпе — в любом людном месте. Или меня не всегда будет так накрывать, а время от времени?"

"Клонило в сон, но я боролся с усталостью, чтобы не пропустить станцию. Нужно было переговорить с Канальей, уточнить, что из списка запчастей первоочередное, а что может подождать — дед-то деньги депутатам скормил, а мои доедут дня через три, не раньше: им же еще вернуться надо.

По полупустому вагону прошел продавец газет с очередной сенсацией: в окрестностях Чернобыля поймали мутанта, всего поросшего шерстью! А еще там часто замечают НЛО.

Офигеть, как интересно! И ведь много людей верят в эту чушь!

Потом прошел продавец всякой китайской мути: ручек с исчезающей с листа пастой, фонариков. Потом, подволакивая ногу, прошлось существо неопределенного пола — «помогите на лечение, мама умерла, отчим из дома выгнал, нога сохнет, вот список моих диагнозов».

В переходе на кольцевую ютились нищие, два братка пытались выгнать плешивого мужика со скрипочкой, проходящие мимо менты старательно этого не замечали.

Влажный теплый ветер — дыхание бегущих электричек — гладил по волосам, забирался под одежду, сотни объявлений шевелили лапками отрывных телефонных номеров.

Позвонить Каналье — и спать! Спать без задних ног и не думать, что кто-то утопился по моей вине, а кого-то я спасти не успел.

На поверхности уже была ночь. Здесь, на востоке Москвы, прошел дождь, впечатав в землю газетные обрывки и картон, что оставили после себя торговцы. В лужах плавали палые листья и окурки.

Я застегнул дедову куртку с закатанными рукавами, зевнул и поплелся к деду домой, мечтая о теплой постели и бутерброде с колбасой.

Дождь разогнал людей по квартирам. Из открытых форточек доносились голоса, тянулись запахи стряпни, драконя мой пустой желудок, рот грозил порваться от зевоты.

Я плелся и плелся, ловил отблески телевизоров на занавесках, обходил лужи. Один раз залип у окна, услышав знакомое:

— Почему он не стал убивать нас?

— Он пришел за телом, он убивает нас по одному. Как охотник.

Переводчик говорил в нос, и кто что сказал, оставалось только догадываться, но я отлично помнил, откуда это: из «Хищника». Аж завидно стало, что кто-то смотрел его без меня, и сейчас начнется самое интересное.

Заиграла зловещая музыка. И тут я ощутил на себе чей-то пристальный взгляд, аж плечи инстинктивно дернулись.

Я обернулся, и черный силуэт метнулся в тень. Или показалось, как когда во время усталости мнимые кошки начинают перебегать дорогу? И фильм добавит паранойи…

На всякий случай я ускорил шаг, еще раз огляделся.