Вперед в прошлое 6 (СИ)

Оно меня так приманивало.

— И как рука может мяукать, если у нее рта нет? — спросил Илья, и я пихнул его в бок, чтобы не мешал мелким бояться.

Рассудительный Илья помолчал-помолчал и выдал:

— Наверно, это смерть была такая. Я никому не говорил, но видел ее. Не руку, смерть.

— Да ну? — напрягся я, потому что Илья был не очень склонен к сочинительству.

Борис аж заерзал на животе.

— И какая она? Прям как скелет, и с косой?

Илья мотнул головой.

— Мне было четыре года. Деда парализовало, и он две недели лежал у нас и мычал, говорить больше не мог. Я боялся его воплей, и родители взяли меня к себе в спальню. Ну и вот просыпаюсь я ночью в туалет, поворачиваю голову, а дверь открыта, и там женщина стоит. Волосы черные длинные, лицо белое, как у вампира, губы черные. И вот она молча указывает на выход, а потом плавно так уходит. Меня от страха парализовало, наверное, как Яна, я никуда не пошел, второй раз заснул и сделал лужу. А дед через день помер.

— Бр-р-р! — Тимофей весь затрясся и наконец высунул палец из носа. — Я тока слышал всякое странное, но ничего не видел. А бабушка видела! Говорит, проснулась от того, что кто-то играет на губной гармошке, пошла ночью в туалет. А он, как вы поняли, в конце огорода, а там — немцы! Сидят, вражины, у костра, варят что-то в котелке. Три человека, один в гармошку дует. Бабушка как заорет! Немцы на нее посмотрели и растаяли, а звук гармошки остался еще минут на пять, так-то.

Во мне пробудилась память взрослого, вспомнилось: «Немцы, как жить дальше?» — но я не стал портить впечатление смехом, остальным-то было страшно, даже Илья проникся.

— Это потому, что где-то в огороде немцы закопаны, — объяснил Тим. — В войну убитые. Неупокоенные.

— Надо нормально захоронить, — предложил я.

— Да кто копать-то будет? Бабушка не хочет. Говорит, так им и надо.

— А ты скажи, что у немцев есть жетоны с номерами. За такой жетон родственники погибшего от двадцати долларов платят, — сказал я услышанное когда-то, насколько это правда, не знал."

"Кто-то говорил, квартиры покупали, связываясь с родственниками погибших немцев и скупая жетоны у копателей по дешевке, кто-то — что и двадцати долларов не добиться. Но, как бы то ни было, разве самим приятно по костям ходить и воображать себе всякое?

— Сам ты тех немцев-то видел? — спросил Борис.

Тимофей мотнул головой.

— Не-а. Слышал только. Просыпаюсь, а как будто под окном кто-то по-ихнему разговаривает. Такой ужас напал, что шевельнуться боялся. А когда не немцы, так по чердаку кто-то ходит.

— Кошки? — предположил Илья.

— Да какие кошки, закрыто там все! Никак им не просочиться.

— Значит, голуби, — поддержал названного брата Ян.

— Ни фига себе голуби! — возмутился Тим. — Топ-топ, топ-топ! Слоны, а не голуби.