Вперед в прошлое 4

— Что ты, кто ты? Как ты вырос в… такое в этом селе?

Наверное, я его напугал формулировками, надо бы поаккуратнее. Но интересно наблюдать за реакцией взрослых.

— Не знаю. Но ведь хорошо же! У меня шестьдесят девять.

— Сорок пять, — ответил дед. — Итого за вычетом мелочи, что была на сдачу, примерно сто десять. А вложили мы сколько, не помнишь?

— Двадцать шесть, — ответил я, и дед присвистнул. — Люди два месяца за такие деньги работают.

— Вот и я о том же, а мы заработали их за три часа с учетом пути. Жаль, что поменять можно так мало. Мы еле укладываемся.

Я разделил деньги пополам и половину сложил в рюкзак, дед протянул мне свои, но я мотнул головой.

— Пусть будут в разных местах. — Я встал с бордюра, отряхнув пятую точку. — Ты со мной к валютчику?

Дед тоже встал, и мы пошли. Он решил меня просветить:

— Валютчиком не становятся люди с улицы. Тот парень — он либо чей-то родственник, либо очень умный и хитрый. Сейчас любой рынок под какой-то преступной группировкой, и заниматься валютой позволено далеко не всем. Выше валютчиков только главари группировок, которым те платят.

— То есть ты считаешь, что Павел — бандитский родственник? Думаешь, он не мог сам добиться?

— Мог. Но для этого надо много заплатить или чем-то заинтересовать. Или изначально ошиваться рядом с ними. Понимаешь, к чему я?

— Конечно. Значит, торпеды ему не подчиняются?

— Нет. Они его оберегают, как и торговцев на площади, которые им регулярно отстегивают, — от конкурентов. А тут увидели нас, легкую добычу, явно с деньгами, решили ограбить.

— Ясно.

— То есть валютчики — не то чтобы бандиты, они даже с милицией сотрудничают по мелочи: домушника поймать, краденое найти, все же им несут. Но если кем-то из клиентов заинтересуется его босс — сдаст с потрохами. Пока ты ему интересен скорее как забавный экспонат, но…"

"— Понял, — кивнул я. — Если денег появится больше, все через него пропускать не стоит.

— Вот, елки-палки, менеджер! — покачал головой дед.

— Ты так говоришь, будто это что-то плохое.

Валютчик был на своем месте, облепленный желающими поменять деньги. Они штурмовали его, как сберкассу, но, похоже, получали от ворот поворот.

Если он с бандюками вась-вась, то ему нетрудно перевести старые деньги в новые через подставных лиц. Если сам по себе, будет сложнее, но тоже вполне осуществимо. Итого десятки, если не сотни тысяч из ничего.

Когда мы подошли, он разогнал всех страждущих, убрал таблички.

— Хотите обменять выручку по официальному курсу? — предложил он. — Доллар — тысяча. Не люблю оставаться в долгу.

Причем разговаривал валютчик не со мной, а с дедом — думал, что это он вырастил из меня проныру. Что ж, подыграю.

— Это ведь вы попросили Павла меня предупредить? — закинул удочку валютчик.