Вперед в прошлое 4

Мы подошли к пустой остановке с расслабленными пассажирами. Они все еще в оке циклона и не видят, как приближается смерч, не слышат, как перемены играют траурный марш их надеждам. Еще несколько часов — и их захватит, закружит паника и шмякнет об стену.

А кто-то укрылся в бункере неведения, для таких перемены пройдут незаметно.

Как же хорошо, как же благодатно было в будущем!

Нам повезло: рейс не отменили, автобус пришел вовремя, и был он полупустым. Деду даже место досталось, одиночное, возле задней площадки. Я остался стоять, думая, что вот сейчас мы отметим дедов приезд, а потом надо зарабатывать рубли на обмен. Сто тысяч спокойно можно брать. Даже чуть больше, если попросить Леху Каналью.

Но была одна проблема: как только у овец паника, и они начинают метаться, на охоту выходят волки. Одному мне на промысел, на рынок то есть, идти опасно.

Когда на карманные расходы не было совсем, казалось, что сто долларов — великая сумма. Думал, проверну свою задумку — заработаю на стартовый капитал, ведь путь в Москву тогда был закрыт. Теперь же они не казались такими уж критичными, и по морально-этическим соображениям хотелось забить. Но тогда сгорят двадцать штук, которые в товаре. Куда нам столько мыла и носков? А мне нужен мопед.

Дед молчал. Смотрел в окно, и в его зрачках отражались не просто пейзажи — титрами мелькали кадры из прошлого. Он чуть остановку не проехал, пришлось тронуть его за плечо.

— Деда, нам выходить.

Он перекинул сумку через плечо. Выйдя, огляделся — будто погладил взглядом горы, помеченную зеленью речку, сейчас превратившуюся в ручей, крыши домов и заборов, серого кота, перебегающего дорогу.

— Где вы жили с бабушкой и отцом? — спросил я.

Он указал на наш дом:

— Этого дома еще не было. В двухэтажном общежитии недалеко от моря.

«Где живет Алиса», — догадался я.

— А мы живем именно в этом.

— Хороший дом, — кивнул дед, поправил сумку тяжелую сумку с кофе и его вещами, и мы пошли.

Когда поднялись по лестнице на наш этаж, дверь отворилась прямо перед нами — все уже заждались. В квартире пахло мясом, а значит — праздником. Думал, мама выйдет свекра хлебом-солью встречать, но нет, она торопливо с ним поздоровалась, уставилась на меня и воскликнула:

— Ты был прав!

Я аж опешил, но вопрос задать не успел, она добавила:

— Меняют деньги!

Вспомнились детали этого дня в той несвершившейся жизни: кто-то забежал в гости и возопил, что все пропало, деньги сгорают! Обманывают и обирают! И мать с одобрения отца побежала тратить накопления — те самые, отложенные на телевизор, потому что накануне и она, и отец получили зарплаты и не укладывались в лимит. Потом он долго долбал мать, что-де зря все спустила, вон сколько теперь можно обменять! А сколько именно — не помню. Значит, точно больше тридцати пять.