Вперед в прошлое 4

Бросив газету на сиденье, он пожал мою руку и представился:

— Иван Павлович. Чего тебе надо?

Я кивнул на трактор.

— Я искал кукурузу на рынке, но не нашел. Почему вы не продаете початки? Свиньям ведь все равно, что есть.

— Это не та кукуруза, которую продают початками. Трава. Корм.

Вот сейчас тот самый момент, но почему-то нужные слова не шли, а те, что приходили на ум, казались неправильными, но все-таки я набрался смелости и выпалил чужим голосом:

— Если вы так считаете, можно мы с сестрой наберем себе домой… немного такой травы?

Я внутренне сжался, рассчитывая получить от ворот поворот, но бригадир рассмеялся.

— Да берите.

Обнаглев, я спросил:

— А сколько можно?

Он осмотрел меня с головы до ног, потом — Гаечку в ее самошитом костюме.

— Помнишь, как в сказке было? — Он махнул рукой и отвернулся. — Бери сколько унесешь.

— Мне много надо, — сказал я — а вдруг увидит нас с мешками и передумает?

— Ну ты наглый. Нахрена тебе много?

— На пляже продавать. — Пожал плечами я. — Сестре, вон, вещей купить, а то над нами в школе смеются.

— А родители что ж? — удивился Иван Павлович.

— Мама в поликлинике работает. На еду еле хватает. Приходится самим крутиться.

— Ща трактор подальше уедет, и берите, — сжалился мужчина. — Или заходите с того края поля.

— Спасибо вам огромное! — радостно воскликнул я и раскинул руки. — Вот такое спасибо! Спасибище просто!

Меня переполняла благодарность. Хотелось быть как-то полезным этому незнакомому человеку, который пошел нам навстречу. Взрослых точно прогнал бы, а детей, пытающихся заработать, — пожалел.

— Иван Павлович, я бы купил у вас пару мешков через два дня. Как раз заработаю на море.

Бригадир рассмеялся, повернулся ко мне всем корпусом.

— Пятьсот рублей за пятьдесят штук, — продолжил я. — В мешке чуть больше. То есть тысяча с копейками. Подумайте.

Примерно столько я трачу на прокорм беспризорников. Насколько знаю, колхозники не голодали, но зарплату им уже начали задерживать, и живых денег был дефицит.

К Гаечке я вернулся, ощущая заинтересованный взгляд Ивана Павловича.

— Че так долго? — возмутилась подруга, вытирая потный лоб, и скорее констатировала, чем спросила: — Отлуп?

— Пытался договориться о поставках. Нормальный мужик оказался. Идем собирать урожай.

— Что, прямо разрешил? — округлила глаза Гаечка.

— Да. Я ж сказал — нормальный мужик. Говорит, берите сколько унесете. Так что ходу.

Мы спустились по насыпи. Я поставил мопед в тени тополей и углубился между рядов. Гаечка пошла по параллельному ряду, восклицая:

— Она вся зеленая!

— Не вся. Ты снизу смотри.

Я развернул початок — будто ребенка распеленал. Зерна были не ярко-желтыми, а бледными и мелкими. Но с солью именно такая кукуруза вкуснее сладкой. Оторвав початок, я отправил его в мешок.