Вперед в прошлое 3 (СИ)

— Дети — на выход, — объявил проходивший мимо Валентин.

Наташка и Борис подскочили, как на пружинах, и рванули знакомиться с дедом, а я наблюдал за ними из окна. Борька сразу же на нем повис, что-то затарахтел, Наташка с достоинством стояла в стороне. Дед раскраснелся от волнения и не знал, кому уделять внимание: Борису или Наташке, то к внуку обратится, то к внучке. Проблему выбора решил Валентин, который жестом повлек деда за собой выгружать товар из второго вагона.

Самое хрупкое мы везли в этом. Больше всего меня волновал инжир. Каждый плод я обернул салфеткой, сложил в две картонные коробки, открыл одну — вспорхнула стайка плодовых мушек. Нормально. Не заплесневел. А вот с шелковицы взлетел целый рой дрозофил. Ягоды пустили черный сок, на них различались белые нити плесени. Я разжевал одну ягоду: вроде не забродила. Если перебрать и промыть, можно продавать в бумажных кульках, но часть придется или выбросить, или пустить на компот.

— Давай, Павел, я тебе помогу, — вызвался Сергей и вывел меня из подсобки. — Иди на перрон, будете с Валентином принимать ящики и коробки.

Так было разумно и, выслушивая от Валентина, какой я деятельный товарищ, я спускал товар: три ящика абрикосов, немного смородины, инжир и шелковицу. Наташка и Борис помогали деду громоздить ящики на кравчучку.

Я нагрузил свою тележку, перевязал веревкой ящики и коробки. Снова знакомство деда с внуками получилось скомканное. По-хорошему надо бы сейчас — домой. Помыться, перекусить, телек посмотреть. Может, вздремнуть час-другой, а надо ехать на рынок, чтобы товар не сгнил.

Наташка с Борей сами хотели наторговать себе на карманные расходы, потому такой расклад их устраивал.

Для Бориса, похоже, главным было другое. Дед взялся толкать тележку ко мне, но брат остановил его, расстегнул рюкзак и вытащил альбом с рисунками. Он же обещал деду показать свои художества! Дед сел на корточки и принялся их рассматривать. Тогда я не выдержал, рванул к ним, встал между ними и таксистом-зазывалой.

— Дед, привет! — Он поднял голову, разулыбался и протянул руку, я ее пожал, говоря: — Борь, давай приедем на рынок, расположимся, и там все покажешь.

— Как шелковица? — мрачно спросила Наташка, видимо, ее расстроило то, что дед все время уделяет брату, точнее, брат узурпировал деда и трещит не смолкая.

— Хреново. — Я отогнул старую простыню, которой обернул коробки, и показал, в каком состоянии товар. — Но не прокисла. Ничего, будешь продавать кульками, как семечки. Для местных это экзотика, должны повестись.

Сестра повела плечами.

— Мне помыться бы, я такая вонючая!

— Придется потерпеть. Распродадим все часам к трем дня, все помоемся.

— А дед воды запас? — спросила на.