Вперед в прошлое 2 (СИ)

Завтра же это сделаю, а дедушка поторгует пока, да?

Задумавшись, дед почесал висок, помолчал немного и выдал:

— Я месяц работаю, чтобы получить столько, сколько ты наторгуешь за два дня. И все равно собирался увольняться. Устал ругаться. Сменщики воруют, а недостачу с меня списывают.

Я щелкнул пальцами.

— А теперь самое интересное. Дедушка, дай большой лист, чтобы нагляднее было.

Когда получил лист, я рассказал про тетку-проводницу, с которой можно передавать посылки, про бабушкины абрикосы, написал цифры вероятной прибыли, прибавил прибыль с кофе.

— Тысяча долларов в месяц, если работать с выходными. Думаю, этого хватит с головой на все. Дедушка, когда все наладится, будешь получать процент с прибыли. Тысяч пять в день.

Он рассмеялся и махнул рукой.

— Это ты, внук, загнул.

— Нет, — мотнул головой я. — Ну а мне придется мотаться туда-сюда за кофе. Если найду его по подходящей цене, конечно. Впрочем, я уже нашел в ларьке, но все сейчас делают стопроцентную наценку, так что наверняка он где-то по шесть тысяч.

— Не найдешь тот, что надо, — бери другой, — посоветовал дед.

— Растворимый и у нас есть, к тому же легко нарваться на подделку. Нужен молотый определенной фирмы, только его будут брать с удовольствием и захотят еще.

— Ты точно мой сын? — спросила мама с сомнением. — Откуда ты столько всего знаешь и умеешь?

«Жить захочешь — не так раскорячишься», — проскользнула мысль, но сказал я другое:

— Я хочу, чтобы ты выздоровела, и сделаю ради этого все. Хочу, чтобы Боря пошел в художку и не похоронил талант, и Наташка — тоже. Ну какая из нее медсестра?

«И хочу, чтобы не было ядерной войны, или пусть проклятый таймер отмотает время хотя бы на пару десятков лет вперед». С большой вероятностью человечество не погибнет, и я останусь жить, но то, что настанет потом, с трудом можно будет назвать жизнью.

— Итак, давайте подытожим, потому что мне надо позвонить бабушке и сказать, чтобы высылала товар каждый день, по двадцать пять килограммов. Дед будет принимать и продавать. Я попробую найти нужный кофе или посмотреть, что еще можно возить отсюда туда. Когда придут все результаты обследований и станет ясно, подходит ли мама для операции в онкоцентре, у нас будет кругленькая сумма на руках.

Мама поджала губы, потерла глаза, словно пыталась загнать назад навернувшиеся слезы. Опустила голову, закрыв лицо волосами, и наконец заговорила:

— Это… Это невероятно. Как… В какой-то сказке. Я думала — все, не выкарабкаюсь, и вот… — Вскинув голову, она посмотрела на меня. — Павлик, если бы не ты… И Наташа помогает, и даже Боря… Так неожиданно! А тебе я, можно сказать, жизнью обязана.

— Все, ма, ты у меня в рабстве, — усмехнулся я. — Просто не психуй. Тебе сейчас нельзя.