Вперед в прошлое 2 (СИ)

И если вам что-то и правда нравится делать, то профессию надо выбирать, исходя из этого. Тогда жить будет интересно. А если научиться делать это лучше всех, и платить будут больше, чем всем. Да и стыдно быть тупым.

— Но ты, вот, мотнулся в Москву, привез бабла, — не унимался Рамиль. — Где ты еще заработал, да?

— Сейчас — нигде, но так будет не всегда. Мы хотим жить, как в Америке, и будем так жить. Но мы считаем, что учиться не надо, и потому вырастем и ничего не будем уметь, только продавать.

— И будем продавать! — разгорячился Рамиль.

— Если тебе нравится это — на здоровье! Но скоро придут корпорации, как в Америке. Снесут рынки, построят торговые центры, и все будут скупаться там. Но овощи, Рамиль, останутся. И если тебе нравится возиться с овощами, ты все делаешь правильно. Вот мне — не понравилось, и я не буду этим заниматься всю жизнь.

— Я хочу стать художником, — сказал Борис.

Наташка потерла межбровье и призналась:

— А я люблю танцевать. И петь. И театр. Медсестрой быть — не хочу, я вообще крови боюсь, фу!

— Мне нравятся тачки! — сказал Чабанов.

— Хочу стать писателем, — задумчиво проговорила Гаечка. — Но мать хочет запихнуть меня в торговый, говорит, что писанина меня не прокормит.

Алиса слушала молча, думала, поджимала губы, раздувала ноздри. Она увидела, что никто ни над кем не смеется, и решилась.

— Один раз я летала на самолете. Очень понравилось. Хочу быть пилотом или стюардессой.

— Вполне реальная мечта, — одобрил ее выбор я. — На стюардессу врде можно поступить после девятого, и берут не только умных, но и красивых.

Девочка посмотрела неверяще, будто спросить хотела: «Это я-то красивая?!» — и залилась краской до кончиков ушей.

Чабанов толкнул в бок Минаева.

— А ты, Димон?

— Не знаю пока, — пожал плечами он.

Я смотрел на них и думал, что у нашего поколения еще есть шанс воплотить мечты, а вот родителям, чтобы нас, оглоедов, прокормить, приходится переобуваться в торгашей, нравится им это или нет. Девяностые радуют только отребье, которое создало ОПГ, но недолго им пировать. И радуют тех, кто стоит у руля, банкротит предприятия, скупая ваучеры за копейки, и режет на металл корабли, оборудование, станки.

У стариков так вообще забрали не только будущее, но и все то, во что они верили в прошлом. Не хотел бы оказаться стариком в эпоху перемен.

— А что это у тебя в пакете? — хитро прищурилась Наташка.

Я вытащил первое попавшееся под руку — журнал «Ровесник», где на постере Микки такой молодой. Его сразу забрала Гаечка, дети собрались вокруг нее, но — пока не появился второй журнал, с Лундгреном. Разбившись на две кучки, дети принялись перелистывать страницы, разглядывая картинки. Дольф произвел фурор, он считался круче Микки Рурка.