Вперед в прошлое 12

— Быстро прогрессируют пацаны, — поделился наблюдением Нага, огляделся, нет ли лишних ушей, и спросил шепотом: — Как тебе удается так влиять на них? Они же наглухо отбитые!

— Знал бы — сказал. Уважают, потому что я сумел загладить конфликт, когда наши против заводских. А может, и не поэтому. Не спрашивал. Хочешь, сам спроси, потом поделишься.

— Ага, обязательно, — кивнул кавказский богатырь.

Мне же подумалось, что немалый вклад в прокачку ранее вечно голодных алтанбаевцев вносит ежедневная кормежка. Может, не только мышцы отрастят, но и немного мозгов. Надо им рыбьего жира купить.

— Никогда раньше не видел, чтобы гопота так старалась, — продолжил он. — Или вы на тачку поспорили, что они к лету накачаются?

— Откуда у меня тачка? — усмехнулся я.

— И правда, — кивнул Нага.

Мы спустились по лестнице, и в плохо освещенном холле первого этажа я увидел Бориса, разглядывающего плакаты на стене: «Закрывай покрепче кран, чтоб не вытек океан». Ощутив мой взгляд, он обернулся и подлетел к нам, пританцовывая от нетерпения:

— Ну что, идем смотреть хаты, да? Ты ж договорился!

— Да, сейчас идем.

Я распрощался с тренером, пожал его руку, и мы с Борей по темноте отправились в центр поселка смотреть трехкомнатную квартиру с туалетом на улице. И хрен с ним! Если нормальная квартира, нужно брать.

Но в том, что квартира нормальная, я засомневался, когда детально разглядел этот двухэтажный дом без балконов, похожий на общагу, с отваливающейся штукатуркой, щербатой дверью и чернотой плесени, поднимающейся от фундамента по стенам.

— Хозяин нас ждет? — с сомнением проговорил Боря.

— Типа да, — ответил я.

Мы обошли дом, увидели единственный сквозной подъезд, выходящий к одноэтажным постройкам — общим туалетам, которые прилагались к этому богатству. Понятное дело, что они не благоухали, и я примерно представлял, что мы увидим в квартире. Но раз договорились, надо идти, да и надежда умирает последней.

— Квартира какая? — обреченно спросил Боря, входя в загаженный вонючий подъезд. — Ну, номер.

— Четвертая, — ответил я, глядя на черные потеки на стенах подъезда.

Возле двери квартиры номер один стояло мусорное ведро, откуда натекла лужа. В соседней квартире ругались пьяными голосами, что-то падало или роняли мебель. И несмотря на то, что наши возможные соседи были тихими, квартира мне заочно не нравилась.

Остановились мы напротив дорогой деревянной двери, переглянулись. Я позвонил.

Сперва распахнулась дверь, выпустив запах перегара, сигарет, плесени и борща, потом выглянул мужчина лет тридцати пяти, с тонкими чертами лица пока еще без следов хронического алкоголизма. Только красные глаза и выхлоп выдавали его пристрастие.

— Вы чего? — спросил он, почесав всклокоченные волосы.