Вперед в прошлое 12

Во дворе зазвенела цепь, разразилась лаем собака.

Крючок принялся тарабанить в ржавые ворота ногой.

— Открывай, сука!

Хлопнула дверь, донесся визгливый женский голос:

— Кого вам надо? Хозяина нет.

Сергей крикнул:

— У него то, что принадлежит нам. Открывайте по-хорошему, а то снесем забор и заберем сами.

— Там он, падла! — крикнул Зяма, заглянувший в дыру в заборе. — Вон тачка егонная! Мороз, выходи! Пацаны, дуйте сюда! Разносим забор, он тут хлипкий!

Я тоже наблюдал за двором Мороза в щель и увидел на пороге красномордую бабу в фуфайке поверх халата и платке. А вот и сам Мороз с обрезом идет на разборку. Баба что-то ему сказала, он вскинул руку — и жена ретировалась.

— У него ружье! — донес Зяма.

— В натуре, — констатировал Алтанбаев, его голос уже не был таким бодрым.

Недолго думая Мороз пальнул в воздух, остановился напротив ворот.

— Чего вам надо? — спокойно спросил он.

— Выйди, поговорим, — хрипнул Сергей.

— Вам надо, вы и говорите, я ничего вам не должен. Ни вам, никому! Только попробуйте что-то сломать, пристрелю на фиг.

Сергей шумно сглотнул слюну и замолчал, взгляд его растерянно бегал. Гопники тоже притихли. Пришлось опять разруливать проблему самому, я ударил в ворота.

— Давай, попробуй пристрелить. Снова, сука, сядешь, и надолго. В «Дельфин» или «Сову», как рецидивист.

Я снова глянул в щель между приваренными друг к дружке листами железа: теперь Мороз растерял решимость, не ожидал он такой прыти от гопоты. Ясное дело, стрелять он не собирался, просто хотел припугнуть.

— Выходи, поговорим. Бить не будем, зуб даю, — уверил его я. — Кто ж так разговаривает, из-за забора?

У меня в кармане тоже был пистолет, правда, газовый. Однажды он спас мне жизнь, теперь я с ним не расставался.

— Чего вам надо? — повторил он.

— Забрать то, что у нас украли, — честно ответил я.

— Я краденное не скупаю, — отрезал он.

— Да ну? — Дальше я обратился к Сергею так, чтобы Мороз слышал: — Придется вызывать ментов. У вас-то договор аренды строительных лесов есть? Есть. Так что докажем аж бегом, что доски — наши.

Мороз засуетился, задергался, судорожно решая, что делать дальше.

— Мародеров никто не любит, менты — тоже. Даже если они тебя крышуют. Знаешь, у кого доски сперли? У Мартынова. Слышал о таком? Ага, вижу, слышал. А я его сын.

«Мародеров я первыми расстреливал», — сказала память взрослого.

— Так что давай-ка по-хорошему, товарищ. Верни награбленное, и мы все забудем и уйдем. Считаю до пяти и вызываю наряд. Время пошло. Раз, два, три…

— Черт с тобой! — проворчал Мороз и направился к воротам.

Алтанбаев оскалился и показал «класс», Сергей мне кивнул. Наташка, что отошла подальше от беды подальше, снова приблизилась к воротам.

Потянуло падалью.