Вперед в прошлое 12

Подкормить надо, а то у Анны молоко закончится, и малой придется туго.

Наташка посопела и согласилась. И пирожков отдала шесть штук, по три с повидлом и с мясом. Отсыпала сахара, муки, риса и гречки.

— Жалко их, — сказал Боря, — мы это раньше проходили. Кстати, как там Квазипуп? Не выдергал ноги тому менту?

— Попытался, получил по морде. Думаю, больше не будет. Лежит страдает, весь избитый.

Боря сморщил нос, почесал его.

— И Квазипупа жалко, прикинь? А не должно. Во я лох.

— Если бы ты видел, как он рыдал, еще жальче стало бы.

— А он умеет плакать? — удивилась Наташка. — С виду сухарь сухарем.

— Сухарь, ага, — не согласился Боря, — псих ненормальный, вот он кто.

— Давайте я плов сделаю! — предложила Натка. — Чтобы дня на два хватило, вон казан есть. Вы как?

— Мы всегда за! — откликнулся я и отправился относить еду Лялиным. Идти к их общаге было две минуты. Естественно, я постучал в комнату Лики, а не Анны, ей точно не до меня. К тому же малышка еще слабенькая, а я — разносчик инфекции, как и каждый гость, пришедший с улицы. Вообще ей бы месяцок безвылазно дома посидеть.

Лика встретила меня как родного. Обняла, чуть ли не расцеловала — это она еще не знает, что я спас их семью от голода.

— Я ненадолго, — сказал я, не переступая порог, протянул ей пакет. — Возьми, поделите. Это вам.

Не закрывая дверь, она заглянула в пакет и воскликнула:

— Господи, сколько всего! — и снова повисла на мне, всхлипнув. — Как будто это ты отец Дианы, а не… дракон.

— Это нормально. Самцы драконов не заботятся о своем потомстве, — отшутился я и сделал шаг назад.

— Ну уж нет! Теперь напоить тебя чаем — дело чести! И маме я скажу, что ты пришел.

— Мне еще уроки делать, — попытался ретироваться я, понимая, что напрасно, меня подвергнут гостеприимству в любом случае.

— Заходи!

Пока я раздевался, Лика сгоняла к матери, но Анна не вышла, вместо нее меня почтила присутствием ее более взрослая копия Вероника Игоревна.

— У меня слов нет, — сказала она. — Аня ж у вас отца увела из семьи, а ты помогаешь больше, чем он. В голове не укладывается.

— Ничего удивительного, — сказал я. — Может, меня мучает чувство вины, что такой человек, который мне типа близкий, терроризирует ни в чем не повинных людей. Мы, можно сказать, родственники по несчастью.

— Даже если так, все равно спасибо.

— Да и Диана — моя сестра. Кстати, дедушка, отец отца, очень ей обрадовался и пообещал передать из Москвы всякое для ребенка, в том числе коляску. Дед и Анна знакомы, хотя отец его ненавидит. Вот бы и вас познакомить, родственники должны общаться.

Я написал дедов номер на листке и отдал Веронике Игоревне.

— Позвоните ему, он будет рад.