Вперед в прошлое 10

— Только не говорите маме о своих доходах, она разболтает, — велел я и запоздало понял, каким тоном это сказал и что получилось.

Получилось внушение, и оно не сработало, потому что отчим взбеленился, аж волосы на голове задвигались, ноздри раздулись, кулаки сжались. Я вцепился в ручку дверцы, ожидая нападение, но его не последовало.

— Как это — не говори⁈ — возмутился он. — У меня нет от нее секретов, это неправильно! Нужно доверять друг другу.

Я промолчал, скосил на него глаза, подождал, пока он успокоится, и сказал:

— А если квартиру нашу бомбанут, это правильно? В общем, дело ваше, вы взрослый человек.

Он кивнул, завел мотор, и двадцать минут до дома мы ехали молча.

Значит, у меня завтра легкий день, и может появиться ясность касаемо документов. Но, помимо всего, нужно сходить в больницу к Андрюше-наркоману и попытаться его перепрограммировать — ну а вдруг поможет?

Друзья! Уезжаю на конференцию с 3 по 6. Буду не на связи. Субботняя глава выйдет, но будет чуть меньше, чем вы привыкли.

Глава 25

Тропа войны

Домой мы попали в начале десятого, мама выбежала нас встречать, обняла отчима. Он хотел сделать ей приятно и по пути накупить вкусного, но все магазины уже закрылись, в том числе цветочные.

— Что ж вы так долго? Почему не позвонили, что задерживаетесь?

В ее голосе звенела обида. Василий отвел взгляд в сторону и проговорил виновато:

— Все забываю, шо у нас есть телефон, и можно звонить в любое время. Да и некогда было, все за рулем.

Он просто забегался, не взял в расчет, что она может волноваться, и стыдился признаться.

Отчим поцеловал маму в щеку, и это подействовало, она расслабилась. Если бы не я, присматривающий за отчимом, наверное, сцену ревности устроила бы. А может, нет, отцу ж не устраивала, хотя было очевидно, что он ходит налево.

Я разулся и юркнул в ванную, чтобы поставить на газ заранее наполненную мамой кастрюлю воды, а потом помыться — вечером воду всегда отключали. Отчим отвел маму в кухню, и оттуда донесся радостный вопль:

— Вася, это же… это же… целое состояние.

Вот же упрямый осел! Все-таки показал маме заработок. Доверие, видите ли, у него, надо все выложить, в том числе деньги, на стол — как есть, вопреки здравому смыслу.

Я вынес кастрюлю и увидел, что счастливая мама пересчитывает деньги.

— Весь день калымили, возили туда-сюда всякое, — с гордостью говорил отчим, поглядывая на меня. — И грузчиками работали. Вот!

— Сорок тысяч, господи, — пролепетала мама.

Гора с плеч свалилась: все-таки он не стал рассказывать всю правду. Может, и сам будет держать язык за зубами — уж очень он любит прихвастнуть, это его слабое место.

— Но я все равно на работу устроюсь, не могу на ваших с Пашкой шеях сидеть, — поделилась планами мама.

— А бизнесом заняться не хочешь? — поинтересовался я.