Вперед в прошлое 7 (СИ)

Егор и Олег, утомившись подтягиваться, спрыгнули и, даже не отдышавшись, встали друг напротив друга, будто собирались подраться.

— А нефиг было лупить людей, — прошипел Егор, еще больше прищурившись. — Они трогали кого-то?

— Да блин, менты же люди подневольные! — возразил Олег. — У них приказ! Батя рассказывал, толпа первая напала. Его сотруднику голову пробили. Не кожу, а череп, там аж дырка была, и мозги видны.

— От кого приказ? От собак этих? Они не-ле-ги-тим-ны! — начал яриться Егор.

— От начальства! — Олег постучал себя по лбу. — Ты представляешь себе, что такое служба?!

— Пусть переходят на сторону народа! — Егор воинственно вскинул голову и сжал кулаки.

Был бы здесь Лёха, он бы рассказал, что не все народ, кто на Баррикадной, есть еще другой народ, и он против беспорядков.

— Парни, ша! — крикнул Алекс, повиснув вниз головой на лестнице — он качал пресс.

Старшего никто не послушал. Егор продолжал, наступая на Олега:

— Милиция должна служить народу! А она народ лупит и охраняет интересы богатых, когда мы тут гопников по району гоняем! Их работу делаем, пока они шустрят по карманам! Так им и надо.

Крепыш Лекс не обращал на них внимания, отжимаясь, и отжимаясь, и отжимаясь.

— Это мой отец по карманам шарит? — взбеленился Олег, толкнул оппонента. — Ты за слова ответишь! Мой отец честный мент!

Егор сообразил, что невольно оскорбил невиновного, и попятился.

— Не о твоем бате речь, а о большинстве ментов.

Закончив приседать, я встал между ссорящимися.

— Парни, только не надо собачиться, ладно? Они там власть делят и плевали на вас с высокой колокольни. Вы для них расходники: и силовики, и восставший народ. Они если и думают о народе, то как его использовать. Так какого черта вы из-за них драться собрались? Это тупо.

Олег, красный, как рак, с прыщами, проступившими еще ярче, переключил гнев на меня, брызнул на меня слюной:

— Он оскорбил моего отца! И я дам ему в рыло!

— Неправда! — крикнул Егор из-за моей спины. — Про твоего батю никто не говорил! Руцкой — крутой мужик, честный! Я читал.

Видя, что в команде назревает раскол, Алекс слез с лестницы и подошел ко мне.

— Ну в самом деле, угомонитесь! Пашка прав, не стоят они того, чтобы из-за них ссориться.

— А Ельцин — говно продажное! Я бы его своими руками! — Егор сделал движение, как когда сворачивают шею курице. — И, будь ментом, перешел бы на сторону народа, а не был цепным псом!

Олег рванул к нему, но его перехвалил Алекс, крикнув:

— Ша! Егор, заткнись!

Коротышка сплюнул себе под ноги и, бросив: «Да пошли вы!» — зашагал прочь с гордо поднятой головой.

— Мы еще встретимся! — крикнул ему вдогонку Олег, сел на вмурованную в бетон зеленую покрышку и сцепил пальцы.

— А ты за кого? — спросил он у Алекса, надеясь на поддержку.

— За порядок, — ответил он уклончиво.